Оставив наблюдать за Шумлой особый отряд, Дибич с главными силами перешел Балканы, взял Айдос, Карнабат, а также Мессемврию и Бургас и отсюда направил часть сил на город Сливно, где находился 20-тысячный турецкий отряд. Здесь, после боя, турки были разбиты и бежали в Андрианополь. В этом деле участвовали казаки Сысоева, которые лихо атаковали турецкую кавалерию и пехоту, взяли много пленных, 3 орудия и 1 знамя. Затем заняли город Казан, прервав таким образом сообщение Шумлы с Андрианополем. Наконец, Сысоев участвовал при последнем акте войны – взятии нашими войсками Андрианополя.
В войне с польскими мятежниками в 1831 г. Сысоев, в качестве походного атамана, принимал тоже некоторое участие и преследовал повстанцев, спасавшихся в Пруссию.
За все время долгой боевой службы Сысоев перебывал во многих сражениях и был ранен: дважды штыками и саблею – в голову, пикой – в руку, пулею – в ногу. Находившиеся под его начальством казаки в разных боях взяли в плен до 150 штаб– и обер-офицеров и до 4500 нижних чинов и отбили 97 пушек и 8 знамен.
Ермак Тимофеев
Ермак Тимофеев
Ермак (Ермолай) Тимофеев, внук посадского человека города Суздаля Афанасия Григорьева Аленина, не был прирожденным донским казаком, так как таковых почти и не было, а все казачество состояло из людей пришлых, вольных и по большей части бессемейных.
Избранный атаманом Качалинской станицы, Ермак Тимофеев вскоре ушел с несколькими сотнями донцов вольничать на Волге.
Из числа буйных атаманов этой вольницы, наводившей ужас своими дерзкими разбойничьими подвигами не только на мирных путешественников и торговые караваны, но и на все окрестные улусы кочевых народов, особенно прославились в то время, кроме Ермака, атаманы: Иван Кольцо, Яков Михайлов, Никита Пан и Матвей Мещеряк. Разбои казаков заставляли московское правительство неоднократно высылать воинские дружины на берега Волги и Дона для истребления хищников, пока наконец посланный в 1577 г. для поимки их казанский воевода-стольник Иван Мурашкин, во главе сильного войска, не разбил их наголову и многих из них переловил и казнил, но многие и спаслись. Толпа этой вольницы, во главе с Ермаком и четырьмя другими атаманами, поднялась вверх по Волге и появилась на Каме. Здесь атаманы получили грамоту богатых пермских купцов-солеваров Строгановых с предложением вступить к ним в службу, оставить разбойничество, примириться с Богом и Россией и, защищая великую Пермь и восточную окраину христианства, идти воевать сибирского султана Кучума. Казаки, буйные, но доступные чувству раскаяния, обрадовались случаю загладить свои преступления, мысль снять с себя опалу за разбои делами честными и переменить имя грабителей на имя добрых воинов Отечества – тронула сердца грубые, но еще не лишенные совести; голос, свыше назначенного призвания, отозвался в душе Ермака; неведомый край, простор и свобода, подвиги против басурман манили вольных казаков.