– Значит, у тебя действительно нет границы между душой и весной.

– Между прочим, я выиграла страшный суд…

Они говорят жадно, стараясь не разбудить годовалую Малину, а когда смеются, то приглушают тихий хохот рукой или подушкой, хотя, справедливости ради, помогает не всегда. Малина спит крепко, возможно, родительские разговоры и смех даже убаюкивают ее, вплетаясь в мирную дичь младенческого сна: родители, пусть и такие глупые, рядом, бояться нечего.

Наговориться все равно не получается – прежде всего из-за неутолимой охоты говорить, подыскивать ловкие словечки, смешить, производить впечатление, хотя, казалось бы, после семи лет семейной жизни и рождения детей завоевание воображения должно бы смениться спокойными домашними разговорами. Кроме того, и у мужа, и у жены полно новостей.

Сразу после свадебного путешествия в Рим Сергей Тагерт организовал в Москве театральное агентство «Ренар»[42], которое устраивает антрепризы, концерты, фестиваль имени А. С. Грибоедова, гастроли во всех странах, где люди говорят по-русски. Нет в России такого дела, которое шло бы по заведенному распорядку с утра до ночи, с понедельника по пятницу и так годами. Трех дней не пройдет – и непременно застрянет работа или укатит не туда. Норма давно перестала главенствовать и превратилась в раритет, исключение, диковинку. Что уж говорить про театр, где к обычному дурелому прибавляется богатый внутренний мир режиссеров, артистов, музыкантов, а также непременные внешние обстоятельства, которые на каждом шагу подстерегают именно творческую натуру. Поэтому новостей у Сергея Тагерта хоть отбавляй.

Но и у Лии на работе покоя не предвидится. Она – юрист в фонде, который помогает людям, пострадавшим от терактов. На первый взгляд, невозможно сохранить веселый нрав и способность шутить, ежедневно держа в уме столько страшных событий, столько уничтоженных и искалеченных жизней. Но именно в делах заботы и защиты удается встретить таких прекрасных людей, что баланс веры и безверия никогда не уходит в решающий перевес, а помогать без смеха во сто крат труднее.

•

Костя Якорев живет теперь в Тбилиси со своей женой Нино и не собирается возвращаться ни в Москву, ни вообще в Россию. После ночи, проведенной в изоляторе безо всякой вины, он словно впервые увидел, сколько несправедливости творится вокруг и принял увиденное к сердцу. Но сути это не меняло. Как человек, по складу ума и по профессии мыслящий системно, он скоро осознал причины происходящего и понял, что не может оставаться к этому безучастен. После многомесячных поисков и метаний он нашел круг молодых людей, чьи взгляды оказались ему близки. Именно в этом кругу, в этой партии, не имевшей пока ни названия, ни вождей, он познакомился с Нино Цихистави.