Так какова она, наша жизнь? Легче всего сказать: нет и не может быть однозначной оценки, пока не минует лет сто. Но нам не дано ста лет, мы просто прячемся от понимания, что происходит с жизнью по нашему же недосмотру и малодушию. Тощает воздух, от недовольства люди потихоньку сходят с ума, не в одиночку, а дружно, осуждающие взгляды искрят, точно проводка в пороховом погребе.

Мы же спасаемся, отвлекаясь на предметы, которые вечно хороши, но которым нет до нас никакого дела: выпал первый снег, солнце блеснуло в вечерних окнах, мелькнула синица на ветке с прошлогодним желтым листком, в лесу расцвели медуницы, а там влюбленные целуются на троллейбусной остановке, к которой больше не приедет ни один троллейбус.

•

Всякое казенное учебное заведение, какое бы звание оно ни носило, чему бы ни обучало и в каком городе ни находилось, непременно является отображением всего государства. В каждом таком зеркале отечество отображается правдиво, но по-своему. Некоторые вузы, к примеру, отображают вчерашний или позавчерашний день страны, некоторые забегают в своем отблеске вперед, большинство же с небольшой задержкой старается держаться сегодняшних фасонов. Правда, и тут есть свои оттенки. Иной заштатный институтишко вроде напрочь застрял в прошлом и обречен тащиться в хвосте прогресса и рейтинга – глядь, а страна так развернула свои эволюции, что позапрошлое внезапно свежеет до самого близкого будущего, и, выходит, отстающие оказываются в авангарде, а разные модернизаторы, следовательно, забрели не в ту степь.

Опять-таки все эти слепки не точно копируют оригинал, но невольно выпячивают разные черты великого прообраза. Положим, один институт воплощает бескрайнюю разбросанность нашей родины, где от одной части до другой вести доходят поздно, плохо или никогда не доходят. Другой – нежность к крепкой вертикали, третий – дремучее, повальное воровство. Это не означает, разумеется, что в первых двух вузах не воруют, а в последнем пренебрегают вертикалями, отнюдь. Вопрос в пропорциях и акцентах.

К очередному Дню Победы на всех стендах ГФЮУ развесили точные копии газеты «Правда» от 10 мая 1945 года с обращением к народу товарища Сталина и, разумеется, с большим портретом генералиссимуса. А за пару месяцев до этого рядом с дверями зала номер один ректор Елена Викторовна Ошеева в окружении проректоров, деканов, главного бухгалтера и руководителей Союза студентов ГФЮУ торжественно открыла бюст товарища Сталина. Небольшой бюст, по сути, бюстик, но на мраморном пьедестале поблескивала золотом надпись: «В этом зале 10 марта 1938 года И. В. Сталин выступил с речью перед делегатами съезда ВЦСПС». В течение последующей недели ГФЮА в знак протеста покинули профессор Арбузов, профессор Древомыслов, два доцента и один старший преподаватель. Известный адвокат Густав Мытник, читавший в университете лекции, заявил журналистам, что нога его не переступит порог заведения, где учат праву и прославляют того, кто право похоронил.