Одного фотографа, снявшего предшествующее майскому перемирию кровопролитие и затем за несколько часов мира побеседовавшему с турецкими солдатами, звали «Турецким Чарли». Во время Русско-турецких войн «Турецкий Чарли» (его настоящее имя было Чарльз Снодграсс Райан) служил военным медиком у османов. Он был увешан османскими наградами и говорил на османско-турецком языке. Снодграсс – само воплощение множества сценариев развития геополитической ситуации в конце XIX – начале XX в., если бы капризные международные союзы сложились иначе.
Военное министерство, прекрасно понимая, что турецкая армия – мощный противник, призвало на каменистые, кишащие змеями берега Галлиполи войска из колоний: 14-й сикхский полк. Это были сильные воины, а кроме того, у британцев не возникало с ними таких трудностей, как с мусульманскими солдатами, которым пришлось бы сражаться с братьями по вере. В сотую годовщину битвы при Галлиполи, в 2015 г., на службу в залитой солнцем церкви на Трафальгарской площади собрались толпы мужчин в тюрбанах и женщин в пылающих яркими красками сари. Был зачитан направленный в палату общин доклад Остина Чемберлена, министра по делам Индии:
«Кто может безучастно читать о действиях 14-го сикхского полка на мысе Геллес… о 430 погибших из 550 участвовавших? Через день-два по полю боя прошли наши войска. Генерал, возглавлявший их успешное наступление, рассказывал, что все сикхи пали лицом к врагу, а большинство лежало на своих противниках»{928}.
«Кто может безучастно читать о действиях 14-го сикхского полка на мысе Геллес… о 430 погибших из 550 участвовавших? Через день-два по полю боя прошли наши войска. Генерал, возглавлявший их успешное наступление, рассказывал, что все сикхи пали лицом к врагу, а большинство лежало на своих противниках»{928}.
Константинополь источал извечное магическое притяжение, только теперь он притягивал не на радость, а на смерть. В Костантинийе растрезвоненная победа союзников породила страх. Граждан Франции и Великобритании, которым прежде разрешили остаться в Константинополе, безапелляционно выслали в неукрепленные городки на берегу Дарданелл, где их оставили в качестве заложников и «живого щита».
Один османский капитан в письме своему «ангелу красоты» писал:
«Нас тут атакуют англичане. У нас ни минуты отдыха, почти нет продовольствия, а люди сотнями умирают от болезней. А еще люди начинают проявлять недовольство, и я молю Аллаха, чтобы все это кончилось. Я уже вижу прекрасный Константинополь в руинах и как наших детей убивают – только великая милость Аллаха может остановить это… О, зачем мы только ввязались в эту проклятую войну?»{929}