— Приехали.

Дима вышел из «Кадиллака» и открыл дверь багажника. Санька помог ему вытащить вещи на тротуар и внести их в подъезд. На лифте они поднялись на пятый этаж, и Дима нажал кнопку звонка. Высокая деревянная дверь без скрипа открылась и на пороге показалась небольшого роста пожилая женщина.

— Добрый вечер, Эстер. Вот твои гости.

— Заходите, милые, — засуетилась старушка. — Вы идиш знаете?

— Наши бабушки и дедушки знали, жаль, конечно, что не знаем, — оправдался Санька.

— Ну, ладно, будем говорить по-английски.

Эстер была ещё маленькой девочкой, когда родители, убегая от погромов, привезли её в Бруклин. В их разговорах время от времени всплывали родственники, врачи и купцы, которым власти разрешали селиться и работать в Москве и Санкт-Петербурге. Она слушала, и ей представлялось, что там живут особенные евреи, умные и образованные. В её воображении порой возникал Могилев, романтический образ которого каким-то чудесным образом сохранился в её детской памяти. Но эти города и живущих в них людей Эстер не могла даже представить, и она всю жизнь их боготворила. Со временем эти возвышенные чувства в её душе потускнели. Когда же недавно она прочла в нью-йоркской газете, что эмигранты из Москвы ищут квартиру, в ней они вдруг ожили. Её дочь давно приглашала поселиться у неё в большом доме на Лонг-Айленде. Теперь Эстер согласилась. Она позвонила по телефону, который Дима оставил в объявлении и они встретились. Договориться с милым еврейским парнем родом из Москвы не составило труда. Ей достаточно было лишь посмотреть на Саньку, его жену и дочь, чтобы убедиться в том, что она не ошиблась. Эти люди приехали из враждебной им страны и нуждаются в помощи, и она сразу полюбила их своим женским сердцем. Два года назад она похоронила мужа. Конечно, у неё есть дочь, внуки и правнуки, которых она обожает. Но потребность в любви жива, пока жив человек.

— Мой английский ещё не настолько хорош. Но я готов говорить с Вами, если не возражаете.

— У тебя очень хороший язык. Скажи, как тебя зовут?

— Саня, жену — Вика, а дочку — Женя.

— Очень славно. Я буду рада, если вам понравится у меня.

— Эстер, можно я покажу им квартиру?

— Конечно. Да я сама им всё расскажу.

Трёхкомнатная квартира в капитальном доме, в которой ещё несколько лет назад сделали ремонт, пришлась им по душе. В ней было всё, что необходимо. Мебель, хоть и не модная уже, была добротной и в хорошем состоянии. Гостиная, спальня, детская, в которой ещё росла дочь Эстер, кухня с газовой плитой, служебный балкончик со стиральной машиной. И, как сказал Дима, совсем не дорого.