— Ты знал о любовнике Бинафши? Это она просила прикрыть ее?

— Нет… Нет!

— А что насчет мужчины? Ты знаешь его? Он подкупил тебя?

— Нет, пожалуйста, великий эмир… Я ничего не знаю.

Но эмир больше не слушал Шекибу. Единственное, что волновало Хабибуллу, — его поруганная честь.

— Такой поступок не может оставаться безнаказанным. Опозорено мое имя. Возьмите ее! И Бинафшу тоже. Заприте обеих. Их наказание послужит хорошим уроком для всех остальных.

Глава 42 ШЕКИБА

Глава 42

ШЕКИБА

— Зачем ты сделала это?

— Тебе не понять.

В каморке пахло землей, сыростью, тухлым мясом и гнилыми овощами. Смрад напомнил Шекибе о холере, смерти и одиночестве.

За последние несколько часов Бинафша изменилась до неузнаваемости. Шекиба была потрясена. Еще накануне это была молодая цветущая женщина, краса гарема. Сейчас она поблекла и сделалась серой, словно ее с ног до головы осыпали пеплом. Блестящие черные волосы потускнели и стали похожи на выжженную солнцем траву. Сияние зеленых глаз погасло, взгляд сделался болезненным, белки покраснели.

Роскошная жизнь в гареме. Лучшие блюда. Красивые платья из тончайших тканей. Любимица эмира. Что заставило ее принимать это как нечто само собой разумеющееся? И повести себя столь глупо, не думая о последствиях?

Шекибе хотелось спросить про Бараана-ага. Она была уверена, что именно он посещал Бинафшу: шапка из серой овчины, лепесток розы. Без сомнения, это Бараан-ага, друг Амануллы. Но как он осмелился пойти на такое — опозорить отца Амануллы, да еще с учетом, что отец его друга — самый могущественный человек в Афганистане?!

— Мне жаль, что ты оказалась здесь, — вдруг, прервав молчание, сказала Бинафша.

— Мне тоже.

Шекиба подумала об Аманулле. Как же он, наверное, будет разочарован, когда узнает о случившемся! Шекиба не сумела справиться с обязанностями смотрителя гарема, так как же можно рассчитывать, что она станет достойной женой сыну эмира? Бинафша — вот кто все испортил. Шекиба с жалостью и отвращением покосилась на забившуюся в угол женщину. А еще, конечно, Гафур! Эта полная яда змея. Спасая собственную шкуру, все свалила на Шекибу. Неудивительно, что, вернувшись из дворца, даже в глаза боялась посмотреть, а потом и вовсе сбежала, как последняя трусиха.

Итак, комната, в которой оказалась Шекиба, была ей незнакома, все же остальное — как обычно: неприятности, рассерженные люди, указывающие на нее пальцем. К таким вещам ей не привыкать.

Шекиба поднялась на ноги и принялась мерить шагами тесную каморку. Окна здесь не было, но свет проникал через широкую щель под дверью. Дворец был полностью электрифицирован специалистами иностранной компании, которую пригласил Хабибулла. Если города и деревни Афганистана мерцали редкими огнями, то дворец эмира светился, словно маяк в тумане.