— Ну, я никогда не видела людей, одетых… так. — Кивком головы я показала на проходившего мимо муж чину в коричневых брюках, белой рубашке и пиджаке, скроенном на манер военной формы.

— Привыкай, Рахима-джан, в Кабуле ты увидишь много разных людей. А парламент — это место, где встречаются люди, приехавшие из всех уголков Афганистана.

— Встречаются? — со смехом переспросила Суфия. — Скорее уж ругаются! Здесь люди, приехавшие из всех уголков Афганистана, ссорятся друг с другом.

Хамида рассмеялась. Стоявший неподалеку мужчина обернулся и окинул ее осуждающим взглядом, затем наклонился и что-то шепнул на ухо своему соседу. Тот согласно закивал, явно разделяя неодобрение собеседника.

Вскоре заседание возобновилось. Я внимательно слушала выступающих, стараясь вникнуть в суть их речей. Бадрия взяла ручку и нацелила ее на лежащий перед ней чистый лист бумаги. Она честно играла роль парламентария.

— Итак, сегодня на наше рассмотрение представлено семь кандидатур членов правительства, выдвинутых президентом, — объявил человек в президиуме.

— Бадрия, а мы увидим президента? — шепотом спросила я.

— Нет, глупая. Это же парламент. Мы занимаемся своей работой, президент — своей. Да и с какой стати ему вдруг приходить к вам?

— Мы обсудим каждого кандидата. Вы можете задавать любые вопросы. Первым мы познакомимся с Ашрафуллой Фавзали, кандидатом на пост министра юстиции.

Председатель изложил биографию Ашрафуллы, сказал, из какой провинции он прибыл и какое участие принимал в подготовке людей для службы в полиции.

Рядом со мной сидела женщина-парламентарий. Когда прозвучало имя кандидата, до меня донесся ее разочарованный вздох. Покосившись краем глаза на соседку, я увидела, что та сидит, откинувшись на спинку стула, и удрученно покачивает головой. По мере того как председатель перечислял достоинства кандидата и читал его послужной список, моя соседка сердилась все больше и больше. Она ерзала на стуле и нервно постукивала карандашом по лежащему перед ней блокноту.

Началось представление следующего кандидата. Этот также вызвал неудовольствие моей соседки. Она подняла руку, прося слова. Но председатель словно не заметил этого жеста. Женщина стала махать рукой более настойчиво.

— Извините, но я хотела бы высказаться по поводу данного кандидата, — произнесла он, чуть наклоняясь вперед к микрофону.

— Ханум, время для дискуссий вышло. Завтра состоится голосование. А на сегодня все, заседание окончено. Благодарю за работу.

— Ну конечно, — прошипела женщина, — время вышло! Дискуссия даже не начиналась!