— Ты уверена? Я тоже буду мыть ноги. И ты можешь помыться, если захочешь.

Он набрал ванну до половины, принес девочке бутылку воды из комнаты, а себе — маленькую бутылку белого вина, которую каждый день ставили в мини-бар.

Он посадил ее на край ванны, опустил ноги в воду.

— Не горячо? — спросил он. — Так хорошо?

Она кивнула.

Хофмейстер закатал брючины и сел рядом с ней. Так они и сидели, опустив в воду ноги, мужчина и ребенок. По сравнению с кожей девочки его собственная кожа казалась не просто бледной, а какой-то нездоровой, больной. Тронутой болезнью.

После этой ванны ему стало легче. Хотя он знал, что его проблемы никуда не делись. Впервые со дня приезда его проблемы стали по-настоящему конкретными.

Скоро надо будет идти в ресторан. Как у него это получится?

Вино закончилось.

Он вытащил из воды ноги, достал вторую бутылочку водки из мини-бара и выпил ее поспешно и даже немного с отвращением. Это было лекарство.

— Пойдем, — сказал он. — Поедим чего-нибудь.

Он постелил на полу в ванной большое белое полотенце. Поднял девочку и поставил на полотенце.

Потом встал на колени и тщательно вытер ее маленькие ноги.

— И между пальчиками, — сказал он. — Иначе у тебя может быть грибок. Знаешь, у меня есть две дочки. Они старше тебя. На самом деле я не хотел детей. И жениться я не хотел. Но моя супруга меня переубедила. У меня были планы. Совсем другие планы.

Левая ножка вытерта. Теперь правая.

— Я хотел доказать, — сказал он, — что не Бог и не цивилизация мертвы, а любовь.

Он засмеялся, как будто очень удачно пошутил. Он держал ее за щиколотки и смеялся.

— Готово, — сказал он. — Теперь я тоже вытрусь, и можем идти.

Он зашел за дверь шкафа — он оставался воспитанным человеком — и переоделся. Надел костюм. И поскольку сегодня вечером у него была гостья, он повязал галстук.

Он надел шляпу и быстро выпил маленькую бутылочку джина. Водка закончилась.