— Это о нем мы сейчас говорили.

— Значит, это вас беспокоил Чило Мадер? — засмеялся хозяин, ярко сверкнув белоснежными зубами — так ослепляет остро отточенная сабля при свете полной луны. Беккеле очень шли густые черные усы. Волосы у него тоже были густые, хотя и редеющие уже на висках.

— Да, пес выл на весь квартал, — сказал Сирак, переводя взгляд с хозяина на собаку.

— Порой лучше вырастить собаку, чем человека, — значительно сказала госпожа Алтайе. Все дружно закивали ей в поддержку.

Вдруг мальчишка заплакал.

— Что с ним случилось? Все время капризничает, — сказал Беккеле, пытаясь его успокоить.

— Соскучился. Дети ужасно скучают, — сказала госпожа Алтайе.

Подошла мать, и ребенок сразу затих у нее на руках.

— Иди ко мне, Абьёт![64] — позвал его отец и протянул руки. Мальчишка снова потянулся к отцу.

— Я же сказала вам, что он соскучился по матери, — торжествуя, объявила госпожа Алтайе. Теперь жалобно завыл, будто заплакал, Чило Мадер. Сирак внимательно посмотрел на него — пес застыл, как изваяние, у ног хозяина. «Может, ревнует?» — подумал Сирак.

Беккеле, раскачивая на ноге сынишку, поблагодарил Сирака за подарок.

— Было о чем говорить! — возразил Сирак. — Мы все в долгу перед такими, как ты…

— Когда знаешь, что за тобой прочный тыл, то и воюешь хорошо! — сказал Беккеле, оглядывая гостей. — Удивительно, даже несчастный слепой нищий не раз, приходя в дом, предлагал помощь моей жене. Да и все остальные не оставляли моих домашних. Да за такой народ не только один раз, но и десять раз умереть не жаль.

Подали телля. Затем ареки и катикалу. Было и пиво. Каждый принес, что смог. Сирак был тронут словами Беккеле и спросил:

— Ты вернулся совсем или скоро опять на фронт?

— Я прибыл по делу и очень тороплюсь назад.

— Почему? — с недоумением спросил Сирак.

— Товарищи мои там, в окопах. Как вспомню о них, сердце, кажется, распинают. Я еще не выполнил свой долг, — сказал Беккеле.

— А как же семья? Им без тебя здесь трудно.

— Ради их счастья мы и боремся. Если я погибну за революцию и за единство нашей родины, то это ради того, чтобы их завтрашний день был светлым. А что я могу сделать для их счастья, оставаясь здесь? Мое отсутствие особенно не меняет их жизни. Благодаря народу и революционному правительству у них все есть.