Зяблик-Школьник положил телефон, сделал брови домиком и сказал так, чтобы Ханна знала, что он просто думает вслух:

– Люди не знают, чего хотят, а хотят не того, что им на самом деле нужно.

Начало операции

Начало операции

Когда Саша поговорил со своим раввином, Коньков перевёл дух. Теперь всё было согласно приказу – не придерёшься. Приказали приехать с группой – приехал. Приказали благословить инвентарь – вот вам два благословения: одно от священника, другое от раввина. Вся эта дурацкая экипировка, эта бессмысленная поездка – всё согласно приказу.

У Конькова в который раз мелькнула мысль, что поездка затеяна только для того, чтобы испытать его командирские качества и исполнительность. Но надеяться на это было глупо – для того чтобы проверять старшего лейтенанта Конькова, не стали бы тратить столько государственных денег.

В 9:50 утра его люди были одеты в лыжные куртки и джинсы. Куртки имели разные фасоны и окраску, чтобы однообразие не бросалось в глаза, и были сшиты добротно и удобно, так, чтобы сохранять тепло и не мешать движениям.

У каждого члена группы по карманам были рассованы бутылочки со святой водой, по водяному пистолетику, по магендавиду и по паре крестиков. Больше всего бутылочек было на отце Леониде – он при каждом движении булькал так, как будто выпил ведро воды.

Без пяти десять за ними приехал опытный разведчик Ветров.

– Готовы? – спросил он.

– Присядем на дорожку, – взволнованно произнёс Коньков.

Они сели. Коньков откашлялся и сказал:

– Товарищи, Родина ожидает, что мы выполним свой долг.

– Эт-точно, – подтвердил Ветров и покрутил на пальце ключи. – Поехали.

В 10:35 «Бьюик» остановился за один квартал перед Вашингтон-сквер, 2.

– Я вас буду ждать здесь, – сказал Ветров. – Напоминаю в случае чего вы делегация по культурному обмену. На крышу полезли на спор. Извиняйтесь, ломайте дурака, говорите, что больше не будете. Ни пуха ни пера!

– К чёрту, – ответил Коньков.