– Похвальная забота. Я тоже, здесь бываю очень редко. А сегодня ехал в эту сторону и Ксюшу взялся подвезти. Она для мамы что-то ищет. Я тоже зашел. У моей старушки, тоже, день рождения скоро.

– Давно замечено: Питер – город маленький. Так ничего и не купили?

Ксения слегка опустила веки: Нет, к сожалению. Хотела порадовать маму новой немецкой посудой, но так и не решилась в этот раз.

– Ну-ну. Кстати, Альберт, через два дня у меня – полная материальная и моральная готовность.

– Блестяще. Так, что, Ксюша, прошу любить и жаловать – Петр…?

– Константинович

– Петр Константинович становится одним из главных действующих лиц нашей фирмы.

– Начальства прибавляется, – прокомментировала Ксения.

– Вот именно. Ты, конечно, мой секретарь. Я тебя взлелеял, выкормил, выпестовал и тебя никому не отдам. Хороших секретарей также мало, как…– он остановился подыскивая удачное сравнение.

– Хороших директоров, – подсказал Петр.

– Вот-вот. Но моего нового партнера прошу чтить, как меня самого. Всячески ему содействовать. Включая допуск ко мне, в любое время.

– Мое дело маленькое. Как скажете. Как не быть исполнительным помощником директору, который тебя не брезгует и подвезти.

– Я бы и рад таких, как ты красоток, подвозить ежедневно. Но, чур меня! С тобой работаю – а это дело святое. Всех других, правда, тоже не могу. Жена моя умертвит меня мгновенно. А я пожить еще хочу. Поэтому, максимум, чем отрываюсь, в последнее время, – коньяком и пивом.

– Нелегкие будни российского бизнеса. А я, не зная вас, принял бы за молодоженов. Мило смотритесь. – Петр произнес это, стараясь быть как можно более непринужденным.

Ксения хранила невозмутимость. Альберт, вздохнув, махнул рукой:

– Видел бы жену мою, в голову тебе б такое не пришло. Я – конченый человек, Петя. Битый жизнью, ревматический скептик. С кем и могу жить – только с ней. Да и то потому, что уже не знаю, как без нее. Кто дома марафет наведет, обед приготовит, скажет: Доброе утро! Спокойной ночи! Ксения – молодая, полная надежд и планов на жизнь. Пока – мой секретарь, но что с ней будет дальше мне неведомо. Она – другого поля ягода, да и поколения другого. Это сразу в глаза бросается. Так что ты Петя – не психолог. Не психолог.

Все ложь – подумал Петр. – Я, конечно, не психолог, но и психологом быть не надо, чтобы угадать с какой радостью этот рыжий боров оседлал бы ее. Куда смотрит твоя жена одному дьяволу известно. Интересно, что за украшение купил ты своей секретарше? – Разумеется, ничего, из вышеизложенного, он не озвучил. Ограничился лишь фразой: