– Эта тварь – жадная, но тут даже украшения в ломбард отнесла, лишь бы меня не видеть! У папаши с деньгами сейчас проблемы, так она заложила кольца с бриллиантами, чтоб меня ресторанным питанием обеспечить. Мне же из японского ресторана еду носят! Ты спросишь: люблю ли я суши? Не очень, просто хочу эту тварь разорить. Она ведь лично матушке названивала и рассказывала об их с папочкой утехах! Знала, что та сердечница, – и нарочно доводила! Так что японский ресторан – это цветочки, насчет ягодок я пока думаю…

Я догадываюсь, о каких ягодках речь – у Сюзанны даже руки трясутся, когда об этом говорит, и в глазах, и без того темных, скапливается угольная чернота. Когда она замолкает, держу паузу, затем спрашиваю:

– А ты действительно могла бы… Ну, цианид подсыпать?

На меня устремляют пристальный взгляд.

– Была бы как ты, – усмехается Сюзанна, – не раздумывая подсыпала бы! С вас взятки гладки, а я – всего лишь невротик, под статью попаду!

В ее палате по договоренности с главврачом камера отключена, так что можно свободно общаться. Могут и японскую еду доставить прямо в постель; сегодня даже пиво пронесли втихаря. Роллы скармливают мне, сама же Сюзанна потягивает пивко из банки, рассуждая о том, что деньги в наше время решают все. Это новое божество, которому молятся, приносят жертвы, – лишь бы получить его благосклонность. Но этих уродов в психушку не запихивают, наоборот – на них равняются, им подражают и возносят на пьедестал, будто фараонов! Поскольку рот набит (ну очень вкусные роллы!), усиленно киваю, мол, про фараонов – в точку! У меня есть знакомый фараон, так в его присутствии даже ноги подкашиваются, настолько он велик. У него много рабов, работающих на складах, а может, на строительстве пирамиды, где будет захоронен повелитель; по мановению руки ему приносят божественный напиток Jameson, а еще у него имеется лодка, катающая его по Неве, очень похожей на Нил.

Прожевав, вываливаю соображения Сюзанне.

– Ну и каша у тебя в голове! – смеется. – Хотя… Твой Эхнатон тоже заслуживает цианида! Такой же гад, как мой папаша со своей потаскухой!

Как так – убить фараона?! Он же бессмертный, его яд не возьмет! Тут что Х, что Y – обе трепетали в присутствии хозяина складов-магазинов, пикнуть не смели. Но теперь-то я другая! Или мы другие? Короче, слова Сюзанны, запав в сердце, начинают обрастать подробностями, потихоньку превращаясь в план.

Х вполне может прикинуться покорной рабыней, якобы испытывающий трепет перед повелителем. В то время как Y будет хладнокровно готовить акцию возмездия. Она спрячет в рукаве склянку с ядом и, лишь фараон отвернется, плеснет его в бокал Jameson! Далее корчи, судороги, Эхнатон переваливается через бортик и падает в темную воду…