А восстание против Центральной Рады только начиналось.

Центральная Рада под пулями

Центральная Рада под пулями

17 (30) января в городе продолжали стрелять.

Украинцы еще накануне обстреливали Арсенал с трех сторон, а в этот день добавили еще два направления, одно из которых – с Батыевой горы – стало главным. Оттуда постоянно велся интенсивный огонь по заводу.

В два часа дня началась всеобщая забастовка, в которой участвовали 35 профессиональных союзов. Забастовали приказчики, служащие гостиниц, повара, официанты, булочники… Прекратилась выпечка хлеба, закрылись рынки, что сразу вызвало трудности с продовольствием. Редкие столовые и паштетные распродали свои запасы провизии за два-три часа и тоже закрылись.

Общей целью восставших был, как обычно, захват центра города, стратегических пунктов (вокзала, телеграфа, мостов), а также здания Центральной Рады.

Общей целью восставших был, как обычно, захват центра города, стратегических пунктов (вокзала, телеграфа, мостов), а также здания Центральной Рады.

Трамвай прекратил движение. Вечерние газеты не вышли. Городской телефон прекратил соединять частных абонентов. Само собой, прекратили работу большинство учреждений. Здания министерств, почта, телеграф, а также типография Кульженко, где печатались украинские деньги, были взяты под усиленную охрану украинскими воинскими частями{1175}.

Так, например, подолянам в какой-то момент удалось «получить» несколько тысяч патронов в воинской части, расквартированной на Бибиковском бульваре{1178}.

Так, например, подолянам в какой-то момент удалось «получить» несколько тысяч патронов в воинской части, расквартированной на Бибиковском бульваре{1178}.

Центров восстания было несколько. Помимо самого Арсенала, в сражение на стороне большевиков включились четыре вооруженные силы: подольская, шулявская и демиевская Красная гвардия, а также железнодорожники, базировавшиеся в железнодорожных мастерских, неподалеку от вокзала. Наступление одновременно с нескольких сторон, вообще говоря, увеличивало шансы на успех. Но, во-первых, у восставших было мало сил (Арсенал защищало 600–700 человек, красногвардейские отряды насчитывали: подольский – 250 человек, шулявский – 350, демиевский – 350{1176}), а, во-вторых, связь между разными отрядами была крайне плохой. Одни не знали, что планируют или делают другие. Правда, и активных защитников города было гораздо меньше, чем могло бы быть. Около половины солдат из 4‑тысячного киевского гарнизона сохраняли нейтралитет, наблюдали за происходившим, продавали восставшим оружие и патроны и выжидали исхода боев{1177}.