Николая Бубнова стрельба застала в кабинете дантиста, на Прорезной улице. «Я предполагал, – вспоминал он, – что постреляют полчасика, попугают украинцев да и займут Киев». Быстро выяснилось, что всё гораздо серьезнее. Когда стало понятно, что обстрел в ближайшее время не прекратится, Бубнов решил идти домой – на Липки, на Елисаветинскую улицу[66].

Тактик я оказался плохой. Я почему-то вообразил, что «русские» большевики стреляют от товарного вокзала, а потому выбирал улицы, которые могли быть менее подвержены огню с этой именно стороны (Михайловский переулок, Малоподвальная, Крещатицкий переулок, Думская площадь). Так я вышел на широкий Крещатик, на который, по моему мнению, могли легко падать снаряды с товарного вокзала. Крещатик был довольно пуст. Это подтверждало мои тактические соображения. Но мне нужно было во всяком случае перейти Крещатик, чтобы попасть на Институтскую и по ней подняться к себе в Липки. Не скажу, чтобы это мне доставляло удовольствие, но я благополучно перешел Крещатик и почувствовал себя опять безопасно, когда стал подниматься по Институтской. Но оказалось как раз, что я лез к черту на рога. Навстречу мне шли и бежали люди с бледными лицами и с удивлением смотрели на меня. Наконец один встречный задал мне вопрос: «Куда вы, собственно, идете? Или вам жизнь не дорога?» Я ему говорю: «А что?» – «Да помилуйте: обстрел идет из-за Днепра (сторона, противоположная вокзалу), и снаряды ложатся и рвутся в Липках». Я отвечаю: «Да, хорошо, но я живу в Липках». Прохожий, махнув рукой, быстро удалился, оставив меня в довольно кислом настроении. Но жребий был брошен, и я решил отсиживаться в крепко построенном доме моего двоюродного брата, но, разумеется, не в своей квартире на четвертом этаже, а где-нибудь в подвале, ибо лицевая сторона этого высокого и одиноко торчащего дома, а следовательно и моей квартиры, была обращена как раз туда, откуда стреляли.

Тактик я оказался плохой. Я почему-то вообразил, что «русские» большевики стреляют от товарного вокзала, а потому выбирал улицы, которые могли быть менее подвержены огню с этой именно стороны (Михайловский переулок, Малоподвальная, Крещатицкий переулок, Думская площадь). Так я вышел на широкий Крещатик, на который, по моему мнению, могли легко падать снаряды с товарного вокзала. Крещатик был довольно пуст. Это подтверждало мои тактические соображения. Но мне нужно было во всяком случае перейти Крещатик, чтобы попасть на Институтскую и по ней подняться к себе в Липки. Не скажу, чтобы это мне доставляло удовольствие, но я благополучно перешел Крещатик и почувствовал себя опять безопасно, когда стал подниматься по Институтской. Но оказалось как раз, что я лез к черту на рога.