Так в делах да в заботах, тихо и незаметно, прошёл год. Наступил 1950-й.

14.

В Сальково у Шуры и Захара тоже всё было спокойно. Захар исправно служил. Будучи старшиной и имея в подчинении роту солдат, он пользовался большим авторитетом. Был суров и справедлив, при необходимости отчитывал и наказывал, но никогда не обижал ребят.

Получая на складе форму для своих солдат, он всегда проверял на исправность и добротность.

– Вы, Захар Фролович, прям как для детей своих выбираете, – говорил ему кладовщик, перебирая солдатские сапоги.

– Я за них всех в ответе, так что, считай, что дети мои, – отвечал Захар, расписываясь в накладной.

Весной, как обычно, он снова получал очередную партию сапог. Он пришёл на склад. Заказ был на две дюжины пар. А у кладовщика на складе осталось только двадцать.

– Скоро должны ещё поступить, – сказал завскладом, как бы извиняясь.

– Так, так, – задумался Захар. – Да понимаешь, у меня солдаты в изношенных сапогах ходят. Не хотелось бы ждать лишнее время.

– Ну, тогда можно переписать накладную, – осторожно предложил кладовщик, глядя Захару в глаза, будто изучая его. – Расписать на две накладные. По одной получите сегодня, а остальные, по второй – в другой раз.

– Долго это, – сказал Захар. – Нет у меня времени бумаги переделывать. Ладно, – сказал он, помолчав. – Эх, придётся моим ребяткам ещё неделю-другую обождать.

Он забрал накладную и уже собрался уходить, как тут кладовщик удержал его

– Погодите, Захар Фролович, – сказал он и понизил голос. – Берите сейчас те, что есть, а в следующий раз заберёте оставшиеся четыре пары.

И затем снова громко и бодро добавил:

– Мы же не первый день с вами знакомы. Вы человек порядочный, я знаю. Так давайте выручу вас.

Захар колебался. Что-то в тоне заведующего складом насторожило его. Но через минуту он отбросил сомнения. Сапоги были крайне необходимы. Сейчас он возьмёт основное количество, а через неделю заберёт остаток. И кладовщик был постоянный и вроде бы надёжный.