Джеймс вошел в кабинет и слабо улыбнулся ему.
– У тебя усталый вид, дружище, – заметил Амброз.
– Признаюсь, я плохо спал прошлой ночью после всех… вчерашних дел.
– Тебя это беспокоит?
– Не сам поступок, но уловка, на которую мне пришлось пойти. Если кто-то обнаружит, что я принимал участие в твоем замысле…
– Никто не узнает. О’Рейли будут молчать, я уверен в этом.
Амброз приложил палец к губам, когда они услышали шаги в коридоре.
– Мне пора, – произнес Амброз нормальным голосом, подошел к письменному столу и показал Джеймсу, куда он положил конверты с деньгами.
Джеймс кивнул.
– Мы с Мэгги договорились, что я передам их ей в следующий понедельник, – сказал он.
В дверь снова постучали, и появилась миссис Каванаг.
– Не забудьте, отец, что через десять минут у вас хоровые занятия; органист перенес их со вторника, поскольку это ярмарочный день и он собирается привести туда двух своих телок на продажу.
– Спасибо за напоминание, миссис Каванаг; я как-то позабыл об этом. Амброз, я прогуляюсь с тобой до церкви.
Мужчины вышли из дома и вскоре оказались перед церковью, откуда уже доносились звуки органа.
– Огромное спасибо за визит, Амброз. Я напишу тебе.
– Разумеется, а я изо всех сил постараюсь хотя бы один раз приехать до Рождества. Присматривай за маленькой Мэри, ладно? – прошептал Амброз.
Джеймс похлопал его по плечу:
– В добрый путь, дружище. Спасибо тебе.
Амброз посмотрел, как священник входит в церковь. Потом повернулся и направился к крошечной железнодорожной станции. Каждый раз, когда он прощался с Джеймсом, его настигало ощущение утраты, но, по крайней мере, теперь, благодаря новорожденной девочке, оставленной у порога, Амброз мог утешаться тем, что у них есть общий секрет на всю жизнь.