Там другие зэки, знакомые с плотницким делом, уже разметили площадки и начали ставить на них срубы без всякого фундамента прямо на землю, ибо вбить столбы под фундамент было невозможно в промерзшую землю. Нижние венцы срубов делались из лиственницы, которая не поддается гниению и может долгие годы лежать в сырой земле, а выше бараки рубились из мягких и податливых топору сосновых и еловых стволов.

– Ничего, – говорил прораб, – когда весной земля оттает, нижние бревна немного уйдут в землю, внутри мы подсыплем земли, чтобы вода не стояла, настелем полы, и новое жилье для зэков будет не хуже прежнего.

Иван Петрович чувствовал себя хорошо, не забывая по утрам выпить ложку рыбьего жира в санчасти, и писал ободрительные письма жене Ане, торопя её со сбором документов на колонизацию, рассчитывая к лету покинуть лагерь, и стать колонистом, где-нибудь в этих краях, где природа причудливо перемешала юг и север, холод и тепло.

Через месяц снова налетел циклон с юга и опять зэки сидели по баракам из-за непогоды, прислушиваясь к завываниям ветров и благодаря непогоду за предоставленные ею дни отдыха.

Котёнок подрос и уже нахально ходил по всему бараку, выпрашивая еду требовательным мяуканьем, однако ночевать возвращался на подушку к Ивану Петровичу, тщательно пристраиваясь сбоку у головы, тяжко вздыхая, как – будто делая одолжение, и вздрагивая от шороха мышей снующих под полом барака. Иногда, в непогоду, когда у Ивана Петровича начинала ломить и ныть раненая нога, котёнок устраивался у коленки, согревая своим теплом ногу и снимая боли.

– Видишь, Миронов, – говорил тогда Иван Петрович соседу, даже кошка – тварь божья, чувствует человеческую боль, а твои большевики заставляют всех надрываться за свою призрачную погоню к светлому будущему. В их представлении светлое будущее это обилие машин и еды, а что творится на душе у людей, их совсем не волнует – иначе не загоняли бы столько народу в лагеря на принудительные работы.

– Зря, ты, Иван Петрович плохо говоришь о большевиках. Смотри, донесёт на тебя кто из стукачей, и заметут в следствие: поди, потом разберись: со злобой ты говорил об этом или по недоразумению. Я в газете «Правда» читал, что товарищ Сталин мечтает так развить страну, чтобы люди работали по 4-5 часов в сутки, у всех было жильё и пищи вдоволь и тогда трудящиеся могли бы учиться, развиваться духовно, осваивать профессии по душе и заниматься тем делом, которое нравится.

Народ верит Сталину и работают люди самоотверженно, чтобы приблизить светлое время и зацепить его хотя бы краешком жизни своей, а если не удастся, то порадоваться за детей, которые будут жить в те времена, о которых сейчас лишь мечтают.