За зиму в их бараке умерло трое зэков: двое простудились, на лесопилке, заболели воспалением легких и скончались в горячке, от которой не было лекарств. Ещё один зэк, возраста Ивана Петровича, надорвался при валке леса: у него хлынула горлом кровь, и он мгновенно умер, как говорили, от разрыва сердца.

Иван Петрович, в самом конце февраля тоже пострадал: он не осторожно подвернул ногу, больное колено распухло, и колупаться в снегах, обрубая ветки спиленных деревьев ему было трудно.

Воспитатель Гладышева перевела его временно истопником в барак, где нужно было поддерживать огонь в печах-буржуйках, вовремя подбрасывая поленья, из кучи дров, лежавших у стены барака. Эти дрова подвозили на санках другие зэки, занятые лагерными работами, а также приносили обитатели бараков: возвращаясь с деляны, каждый прихватывал по полену, которое бросалось в кучу, ожидая своей очереди на сжигание в печи.

Работа истопником была по силам, больная нога не утруждалась ходьбой и через пару недель, Иван Петрович возвратился на лесосеку, уступив место истопника очередному приболевшему зэку из их барака. Место истопника давало возможность отдохнуть и восстановить силы слабым или приболевшим зэкам.

В середине марта подули южные тёплые ветра, яркое солнце слепило и грело, снег быстро осел, потемнел, образовались проталины земли на опушках, а около деревьев в проталинах появились первые подснежники. Весна пришла по настоящему, земля сверху оттаяла и зэки, не ожидая ее полной разморозки, снова принялась корчевать пни на местах будущей станции ж/д и на территории лагеря, где стояли уже несколько бараков подведенных под крышу, но с пустыми проёмами окон и дверей. По окончании строительства, всю 4-ю колонну должны были переселить сюда, ближе к месту работы.

В середине апреля, когда снег на полянах сошел окончательно, а в лесу оставался лежать в тёмном ельнике отдельными пятнами, случился побег из колонны трех зэков – уголовников. На что, они рассчитывали, сказать трудно, может просто поддались весеннему чувству к перемене мест, но через пару дней их поймали на полустанке, где они пытались подсесть в поезд, идущий в этом месте медленно из-за подмытых весенним половодьем путей.

Всем известно было, что в таких местах охрана поездов, следующая с каждым составом, особенно бдительна, а на станциях и полустанках у всех отъезжающих проверяют документы и выбраться из этих мест по единственной ветке железной дороги невозможно, а подишь-ты, беглецы рискнули бежать с деляны прямо в лагерной одежде.

Беглецов отправили в ИЗО, колонну наказали половинным снижением пайка на целый месяц, так что пришлось покупать продукты в лагерном магазине, чтобы не отощать. Благо деньги водились почти у всех, за исключением проигравшихся в карты, поддавшись на уговоры лагерных шулеров. Такие игры постоянно велись в выходной день, но Иван Петрович и Миронов никогда не принимали в них участия.