Хватит об этом попусту говорить. Таня уехала, и бог с нею – может это и к лучшему для нее и для меня. Но тебе, Аринушка, придется рассчитаться со мною на диване, за свою оговорку, – сказал Иван, сыто потягиваясь после обеда и нарочно распахивая халат, представляя взору женщины все свои мужские регалии.

– Охальник, вы, Иван Петрович, опять соблазняете бедную вдову мужской плотью, по которой, как известно, вдовушки сильно скучают. Пойдемте на диван, и я искуплю свою вину за расстройство ваших пожеланий насчет старостиной дочки.

Вдова, вошедшая во вкус, завсегда лучше неопытной девушки, а вкус к плотской утехе вы сами во мне и разбудили. Теперь будьте добры удовлетворять желания не только свои, то и мои, – обрадованно ответила Арина и в отместку выкатила из сарафана левую грудь, которая словно наливное яблочко заиграло на цветастом сарафане нежными оттенками белого налива с розовым соском, нацелившимся на учителя.

После выяснения отношений, связь прелюбодеев была бурной, страстной и откровенной. Арина перестала сдерживать свои чувства, билась и стонала под учителем, отдавая женскую чувственность на всю глубину мужского проникновения, от чего Иван вошел в раж и, кусая женскую грудь, последним судорожным движением излился вглубь женского лона, которое раскрылось ему навстречу во взаимном удовлетворении.

Иван в опустошении страсти замер на женщине и потом медленно скатился к спинке дивана, бессмысленно глядя в потолок, а Арина, полежав немного, встала и как ни в чем не бывало, пошла заниматься хозяйственными делами, как всегда напевая песню про милого, который не берет её с собою в дальний край.

Так закончилась любовь учителя к дочери старосты: безвинно и бесследно, но оставив сожаление о несбывшимся чувстве, которое при других обстоятельствах и воздержании Ивана от служанки могло направить всю его жизнь совсем по другому руслу, избежав тем самым всех жизненных передряг, что предстояли ему в неведомом и жестоком будущем на переломе человеческих судеб и всего российского общества.

Народная мудрость гласит: «Знал бы, где упаду, соломки бы подстелил». Знал бы Иван, какие испытания его ждут впереди, бросил бы он мечты об учебе, женился на Татьяне и прожил бы жизнь простого человека: спокойную и достойную.

Человеческие слабости, отказ от общественных моральных норм поведения и организации человеческого сообщества, мелкие, кажется, разногласия со своею совестью, если она есть, накапливаясь постепенно, однажды и вдруг, резко меняют жизнь человека, заставляя пенять на себя и свою судьбу, которую сами же люди и устраивают себе, совершая необдуманные и неблаговидные поступки, поддавшись минутной слабости характера или чувств.