7 февраля 1916 г.

3 и 4 сего февраля во время маневров части 745-й пешей Ропшинской и 341-й пешей Петроградской дружин ночевали в селе Большая Ижора Ораниенбаумской волости. Во время ночевки офицеры в одном из домов села всю ночь пьянствовали, что вызвало ропот со стороны нижних чинов.

12 февраля 1916 г.

Вчера нижние чины 2-го железнодорожного батальона, скалывая лед на пристанях форта „Император Петр“, высказывали свое неудовольствие по поводу того, что за подобные работы они не получают никакого вознаграждения.

[Без даты]

Ты, милая мама, интересуешься знать, как я проводил праздники – Рождество. Могу сказать – довольно хорошо. Гуляли 5 дней подряд. На праздники давали довольно хорошо поесть. Также встречали хорошо Новый год. Одним словом, я доволен остался. Но что теперь. Дают плохую (сверху карандашом – простую) пищу – старую рыбу и грибы – так что ко рту приложить нельзя, но когда начнется пост – тогда придется терпеть. Если можете, то пришлите что-нибудь. Во время поста придется с голоду умирать[402].

10 марта 1916 г.

В машинной школе Балтийского флота в городе Кронштадте приступлено к выделке удушливых газов для потребностей полевой и морской артиллерии[403].

[О прививках от тифа.] Мало интеллигентные матросы в особенности в первом экипаже утверждают, что прививки эти, составляющие немецкое изобретение, умышленно производятся с целью волновать матросов и сделать их физически не способными к труду.

2 апреля 1916 г.

31 марта неизвестная женщина гуляла по Михайловской улице с белой комнатной собачкой. В это время из казармы призванный из запаса канонир 1-го кронштадтского крепостного артиллерийского полка Алексей (или Александр) Егоров, состоящий в прикомандировании к специальной учебной команде в качестве уборщика в столовой, стал выкрикивать по ее адресу различные сальности, предлагая зайти в казарму. Об этом стало известно штабс-капитану, заведывающему учебной командой, носящему немецкую фамилию. Команде было сделано строгое внушение за неприличное поведение, но виновный в таковом не сознался и остался безнаказанным. Подобная выходка со стороны Егорова уже не первая.

6 апреля 1916 г.

Офицеры 334-й пешей Тверской дружины весьма часто по целым ночам в Офицерском собрании играют в карты и пьянствуют. Это хорошо известно командиру дружины полка Плаксину, но мер нет. Нижние чины высказывают нарекания, что их наказывают за малейший проступок, а офицерам дружины все дозволяется.