«Мой настоящий отец был известным немецким композитором, когда они познакомились с мамой, мама пела в Люксембургской опере»,

«Где они поженились?»,

«В настоящем лесу, в присутствии фей и эльфов»,

«Нет, это я придумала, они поженились в одной церквушке в горах. Мама пела немецкие песни, и эхо разносило её голос по всем долинам. Это продолжалось до того случая».

«Что случилось?»,

«Однажды мои родители пели в лесу, и тут внезапно разразилась буря, но они не остановились, даже когда их пение достигло самой высокой ноты. Огромная молния ударила моего отца, он вспыхнул как факел, в ту же минуту моя мать онемела и с тех пор не проронила ни слова».

Домоправительница слушала затаив дыхание. Трудно поверить, но как не поверить, ведь подобное являлось ей в её грёзах.

11-летняя Анна Пэкуин[748] в роли дочери стала откровением и даже получила «Оскара», за роль второго плана.

…вновь Ада МакГрэф

Вот мы и добрались до женщины, до Ады МакГрэф.

С самых первых кадров мы увидим мир сквозь просвет её пальцев. Пальцев, которые извлекают звуки с клавиш пианино.

Сама она непосредственно обратится к нам:

«Голос, который вы слышите, не тот, на котором я говорю, а тот, на котором я думаю».

Важное признание. Обычно мы не слышим голос, на котором человек думает, только догадываемся, что эти голоса, голос на котором человек говорит и внутренний голос, не совпадают. Подобное случается и с нами, порой непроизвольно, без злого умысла, порой намеренно, чтобы обмануть другого.

…немота, которая говорит с нами

Ада продолжает:

«Я не говорю с 6 лет. Никто не знает почему, даже я. Мой отец говорит, что это опасный дар, что когда-нибудь я перестану дышать и умру».