И закрыла.

Сейчас не время возражать.

- Глазками хлопаешь, пальчиком тычешь, капризничаешь там, ноешь… в общем, чтоб никто не усомнился, что мозгов в твоей голове никогда-то и не было. Надобно еще чего-то сделать… матушку попросим.

- Леди… Элизабет?! – Чарльз, кажется, ужаснулся.

А чего? Матушка всегда умела посоветовать.

- Пусть платьице подберет какое… проклятье, времени мало. Милли, иди, сама расскажешь… и украшений надо! Чтоб побольше, побольше… заодно и будет с чего торговать.

Я поднялась.

Дальше они как-нибудь и без меня управятся. А мне и вправду поспешить надо. К тому же в животе опять заурчало. Да что ж это, мать его, такое…

Матушка, выслушав сбивчивый мой рассказ, лишь вздохнула, задумалась ненадолго, а потом сказала:

- Едем.

Куда?

И… на кой ляд? А главное, что она меня под руку подхватила и потащила за собой.

- Здесь недалеко… коляска твоя тут?

Моя? А… та, в которой я приехала.

- Скажешь Чарльзу, чтобы отправил домой, раз ты задерживаешься, а пока мы пешком.

Идти и вправду было недалеко. Вот прямо на другой стороне обнаружилось огромное, в три этажа, строение, весьма щедро украшенное лепниной. Настолько щедро, что и подходить-то страшно было, а ну как вся это красота и обвалится прямо на голову.

- Я вчера сюда заглянула, - сказала матушка на диво довольным тоном. – В мое время подобного не было… это настолько ужасно, что даже прелестно!

Она с легкостью поднялась по ступеням. Я бы, наверное, даже сказала бы, что взбежала, но леди не бегают. А матушка определенно была леди.

И…