Третий удар колокола ударил по нервам. Что ж они громко-то так! Или глухих в клубе хватает? А на сцене появилась женщина.
Издали сложно разглядеть было, только вот платье и маску, на сей раз расчерченную черными и белыми полосами, которые, казалось, ползли. И платье тоже было в полосах. И сама она казалась ненастоящею.
- Добро пожаловать, - раздался хриплый какой-то металлический голос. – Мы рады приветствовать благородных господ на десятом аукционе…
Она говорила что-то еще. А я… я пыталась справиться с силой, которая вдруг ожила, пришла в движение, грозя выплеснуться огненной волной.
Дышать.
Вдох. И выдох. И успокоится. И… и мне не нравится эта женщина. Мне не нравится это место. Мне не нравится господин в белой маске. Единственный, кто смотрел не на сцену, а на меня.
И этот жадный взгляд я ощущала остро.
Снова колокол.
И даму сменил очередной ряженый. Он поклонился, мазнув пол крылом плаща.
- Представляю вам первый лот. Серьги с бирюзой и кораллами работы известного мастера…
Отпустило.
И выдохнув, я откинулась на спинку кресла. Глянула на стол. Воды бы сейчас. Или лимонада. Или даже той шипучей гадости. В горле пересохло так, что язык к нёбу прилип.
- Милли? – Эдди склонился надо мной. – Ты как?
- Хреново, - честно ответила я. – Этот тип мне не нравится.
- Опасный человек, - согласился Чарльз, подняв табличку. Нам что, серьги нужны? Впрочем, ставку весьма быстро перебили.
- Знаешь?
- Нет. Скорее ощущение такое, что мы встречались, но… где и когда? И голос тоже не знаком. Но маг он сильный, хотя и скрывается. Только я сейчас почему-то силу все одно чувствую. Странно…
Серьги ушли за полторы сотни золотом.
Охренеть просто.