И вот…

Тот самый день. И леди Диксон, которая с рассвета на ногах, а с нею и весь дом, хотя не понять, зачем.

- Знаешь, - мне быстро надоело делать вид, что я сплю. – Это когда-нибудь закончится?

- Когда-нибудь непременно… - Чарльз подавил зевок. – На самом деле это просто обычай.

Ну да, за который из меня душу вынули. И главное, страшно вдруг стало. А если не получится? Пройти, присесть. Встать. Отступить. Мы тысячу раз повторяли нехитрое это действо, и дома, и там, во дворце… но если вдруг не получится?

Если я споткнусь?

Оступлюсь?

Наступлю на этот гребаный шлейф и грохнусь на потеху публике?

Чарльз, выслушав, пожал плечами.

- Встанешь, отряхнешься и пойдешь дальше. В конце концов, что тебе за дело до этих людей?

Ну да… наверное. Но…

- Они будут смеяться.

- Милли, - он поглядел на меня. – Ты прошла город Мертвых, ты встретилась с безумными драконами…

И не такими безумными они были. Так, самую малость.

- Ты столкнулась лицом к лицу с их свихнувшимся потомком и не говорю уже о пустыне с мертвецами, о сиу и прочем… и вот после всего этого ты боишься, что над тобой будут смяться?

Ну… да.

А что?

Хотя, конечно, если так, то глупо… донельзя глупо. И эта мысль чем-то успокоила. Спокойствия этого хватило на завтрак, второй завтрак и ранний обед. А потом началось…

Меня причесывали.

Учесывали.