Важность обмена как фактора в работе этой издательской системы никогда не была в должной мере оценена историками, за исключением одной национальной традиции: в Германии он до конца XVIII века представлял собой основной способ сбыта книг264. В Швейцарии обмен был мощной движущей силой вплоть до Французской революции и во многом определял отношения швейцарцев с издательскими домами в Лионе, Авиньоне, Ниме, Монпелье, Марселе и некоторых других городах, несмотря на высокие транспортные расценки. Понятно, что швейцарские оптовики часто конкурировали между собой за право на преимущественные поставки тому или иному розничному торговцу. Фаварже приходилось пересекаться с торговыми представителями других издательских домов, которые следовали примерно тем же маршрутом, что и он. В таких городах, как Бурк-ан-Брес, Пуатье и Орлеан, он выяснил, что только один-два книготорговца в каждом из них имеют возможность заказывать книги в достаточном количестве для того, чтобы покрыть расходы на доставку. И тем не менее бóльшая часть провинциальных рынков могла поглотить поставки сразу от нескольких оптовиков, а всеобъемлющий характер меновой экономики способствовал формированию альянсов среди швейцарских издательских домов. Иногда они даже издавали книги вместе, деля между собой расходы и риски. Такие совместные проекты были особенно эффективны при спекуляции пиратскими изданиями, когда ключевым фактором становилась возможность опередить на рынке других пиратов, покуда спрос не иссяк. В разное время STN заключило официальные соглашения о сотрудничестве с Лозаннским и Бернским типографическими обществами, так что в конечном счете все три дома объединили усилия, с тем чтобы заниматься пиратской деятельностью систематически и масштабно265.

Союзы для обмена и пиратских изданий означали, что STN постепенно обзавелось весьма солидным и разнообразным запасом книг, хотя в общей структуре торговли значимость разных изданий варьировалась. Книг собственного производства нёвшательцы продавали больше, чем взятых по обмену. Описывая свое предприятие в деловой переписке, сотрудники STN проводили границу между собственными изданиями (livres de fonds) и общими складскими запасами (livres d’ assortiment) и различали их в бухгалтерской отчетности, где на каждое «свое» издание была заведена отдельная ведомость, в отличие от книг, полученных по обмену, которые проходили по единой ведомости под названием compte d’ échanges (было и другое наименование, compte de changes). Анализируя информацию, полученную из заказов, важно помнить об этих различиях, иначе мы припишем собственным изданиям STN чрезмерную важность266. К середине 1770‐х годов общие книжные запасы STN достигли гигантских размеров, так что статистическая база для обобщающих выводов у нас есть – с учетом сделанных выше оговорок. В 1773 году издательство заявило: «Нет сколько-нибудь значительной книги во всей Франции, которую мы не могли бы вам доставить»267. В каталоге от 1785 года значатся семьсот наименований, а в инвентарной описи за 1787 год их полторы тысячи.