-  Ну и псих, - сказал Курко, когда я, тяжело отдуваясь, появился рядом с нартами. Сомов не произнес ни слова в упрек, только осуждающе покачал головой.

К 10 часам утра от всего огромного ледяного поля, столь надежно служившего нам почти десять месяцев, остался на западном конце лишь жалкий клочок метров 50 в поперечнике. Туда и поволокли нарты с аварийным запасом, банками с пятнадцатисуточным запасом продовольствия, газовый баллон, плитку, столь предусмотрительно подготовленные нами за несколько дней до катастрофы. На вторые нарты с документами, журналами наблюдений, упакованными в прорезиненные мешки, погрузили миляевский магнитометр и хронометры.

Тем временем Никитин, Петров и Яковлев выковыряли из ледяного фундамента гидрологическую палатку и, быстро разобрав, поволокли через трещины. Только тогда, когда все самое необходимое оказалось в безопасном месте, мы остановились, чтобы перевести дух. Вот когда мы по-настоящему оценили мудрость и предусмотрительность Сомова, настоявшего на разработке детального плана эвакуации станции в случае неожиданных коллизий. Сегодня, в час беды, каждый из нас точно знал, что и как надо делать. Это уберегло нас от многих потерь и, главное, от паники, неизбежно возникающей при катастрофах.

Впрочем, и сейчас перебравшись через трещину, мы не могли чувствовать себя в безопасности. Уцелевший кусок льдины был слишком мал, и, кроме того, если он тоже треснет, неясно было, куда драпать дальше. Ледяные валы продолжали наступать, сжимая лагерь смертельным полукольцом. Несколько обнадеживало, что скорость их значительно замедлилась, а дальше к западу обнаружился еще один кусок неповрежденного поля.

А торошение все продолжалось. Казалось, еще немного, и лагерь будет погребен под ледяными грудами. И вдруг!!! Словно кто-то могущественный взмахнул волшебной палочкой, и все замерло. Остановились грозные валы, сомкнулись трещины и наступила тишина, ошеломляющая своей неожиданностью. Этот переход от грохочущей круговерти к полному покою был столь неожиданным и разительным, что все застыли, не веря происходящему, и лишь поглядывали друг на друга, растерянно улыбаясь.

-  Уф, кажется, пронесло, - сказал Петров, вытирая пот, стекавший со лба.

-  Да, хотелось бы надеяться, что подвижки прекратились окончательно.

-  Как думаешь, Гурий Николаевич? - спросил Никитин, жадно затягиваясь сигаретой.

-  Кто его знает, - сказал осторожно Яковлев, с таким видом, словно он лично был ответствен за случившееся. - Похоже, что лед временно выдохся. Но все может запросто повториться.