Недовольство Мушеха, царя Карса, и вмешательство Давита, Куропалата Таика

Сембат II был вынужден бороться со своим дядей Мушехом, царем Карса и Вананда[406]. Асохик рисует образ Мушеха не слишком светлыми красками: «Он не имел в душе никакого страха перед Богом. Он жил с куртизанками, которых богато содержал». Сембат II отнял у него крепость Шатик. Как писал Киракос Гандзакеци, эта крепость находилась в округе Джакатк, но место, где она стояла, ищут также в Шираке, возле Эрасхадзора. Тогда Мушех позвал себе на помощь могущественного северозападного правителя Давита, куропалата Таикского.

Давит, князь Таика, награжденный византийским титулом куропалата, происходил из той ветви семейства Багратидов, которая стала иберийской, то есть грузинской. Жители Таика, как указывал Галуст Тер-Мкртчян Фредерику Маклеру, несомненно, были армянами по происхождению. Если он и не прав, то древнейшие жители этих мест, народ таок (от которого Таик, иначе называемый Тао, и получил свое название), уже давно стали армянами по культуре и обычаям. Но поскольку жители Таика находились под влиянием Византии и так же, как их соседи грузины, приняли халкидонское православие, церковные писатели той эпохи, как армянские, так и византийские, считали их грузинами. О куропалате Давите нам известно, что он был правнуком царя Грузии Адарнасе II из рода Багратидов, правителя Кларджета, Колавера и местности Артахан, о жизни которого мы рассказывали раньше. В грузинской летописи сказано, что Давит был «сыном куропалата Адарнасе и внуком царя-куропалата Сумбата (т. е. Сембата) Багратида», а этот Сембат был сыном царя Адарнасе II и царствовал с 923 по 958 год. Из этого можно сделать вывод, что Адарнасе, отец Давита Таикского, был младшим в роду царей-куропалатов Грузии и получил удел поблизости от Таика. Мы еще узнаем, как Давит потом значительно увеличил этот удел.

Давит Таикский был типичным правителем с армяно-грузинской границы. Как правило, они были армянского происхождения (как раз таким и был Давит). Они отчасти становились грузинами по культуре, по крайней мере исповедовали, как грузины, греческое православие (без этого нельзя было сделать карьеру на византийской службе), но, несмотря на это, душой оставались почти вполне армянами. К тому же Давит, видимо, обладал сильным характером и был, в сущности, хорошим человеком. В «Грузинской хронике» он описан так: «Благочестивый, милостивый к беднякам, сострадательный, незлобивый, щедрый, большой друг монахов, великий строитель церквей, благодетель для всех».