– Ну и что это должно означать?
– Что Ленни ему
– Ты не можешь говорить тише? И мне кажется, тебе не нужен второй бокал вина.
– Ты прав. На самом деле мне нужна бутылка джина, но придется обойтись мерло.
– Послушай, может, он и совершил нечто сомнительное, но мы с ним это обсудили. И все равно, для того, чтобы взять вину на себя, требуется мужество, и я чертовски горжусь…
–
– Кусок кирпича. Я сказал «кусок».
– Да. – Мои плечи опустились. – Я уверена, что и Кевин сказал то же самое.
– Он наш
– Но полицейские сказали, что… – я оставила эту мысль висеть в воздухе, утратив всякий энтузиазм по поводу ситуации. Я чувствовала себя словно упрямый адвокат, который знает, что присяжные ему больше не симпатизируют, но ему все равно нужно делать свою работу.
– Большинство родителей, – сказал ты, – занимаются тем, что стараются понять своих детей, а не критиковать каждую мелкую…
–
– Правильно, давай, иди занимайся Селией, – пробормотал ты, когда я встала, чтобы уйти. – Иди вытирай Селии глазки, и гладь Селию по прекрасным золотистым волосикам, и делай за Селию ее домашнее задание, а то не дай бог она научится решать хоть одну жалкую задачку сама. К нашему сыну только что прицепились полицейские за то, чего он не совершал, и он довольно сильно напуган – но это ничего, ведь Селии нужно молоко и печенье.
– Вот именно, – парировала я, – потому что один наш ребенок пишет по складам названия домашних животных, в то время как другой швыряет кирпичи в проезжающие машины. Пора бы тебе понять, в чем разница.