В отчаянии Дофин обратился к Эдуарду III с просьбой контролировать своих подданных. Он отправил сенешаля Анжу в Англию со списком жалоб на поведение англичан во Франции. Эдуард III был искренне обеспокоен. Он видел, что его с таким трудом достигнутое соглашение с Иоанном II провалилось еще до того, как оно было скреплено печатью. Слишком поздно он приказал своим бальи и констеблям в гаванях южной Англии остановить поток солдат и оружия через Ла-Манш. Он послал двух своих самых надежных офицеров во Францию, чтобы добиться повиновения от своих подданных. Эти офицеры, Ричард Тотешем и Стивен Касингтон, прибыли в конце января 1358 года в Иль-де-Франс. Но они смогли сделать не больше, чем мог Дофин. Они объехали зону боевых действий под усиленной охраной в сопровождении сенешаля Анжу. Большинство английских капитанов отказались признать их власть. Они утверждали, что сражаются за короля Наварры. Несколько человек объявили себя сторонниками какого-то другого французского политика, который, по их словам, рано или поздно признает их своими. Никто из них не хотел сдавать свои завоевания или отказываться от грабежа одного из богатейших регионов Европы[505].

Напряжение на улицах Парижа нарастало по мере того, как делегаты начали прибывать для возобновление работы Генеральных Штатов. Столица была переполнена беженцами. Англичане находились в одном дне пути от стен и перерезали большинство дорог на юг и запад. Из-за раскола между военными в Совете Дофина и большинством радикалов и сторонников Наваррского дома, контролировавших администрацию, трудно было понять, кто должен защищать Париж, а кто нападать на него. Этьен Марсель и его сторонники стали играть независимую и все более воинственную роль. Они взяли к себе на службу нормандского рыцаря Пьера де Вилье, опытного солдата, который несколько лет служил в Бретани и Шотландии и поставили его командовать импровизированной армией, состоявшей в основном из солдат городской стражи и рекрутов с улиц и пригородов Парижа, которая так и не смогла очистить от врага основные дороги вокруг столицы[506]. Горожане выставил собственную стражу на воротах Парижа. Войска Дофина, прибывшие по его вызову, были отброшены от ворот при попытке войти в Париж. Вместо этого им пришлось расположиться большим лагерем в пригородах и на равнине Сен-Дени, где они, скучая и злясь, стали грабить и жечь окрестности, как враги. В стенах города Этьен Марсель призвал всех своих сторонников заявить о себе, надев шапероны[507] красно-синего цвета (цвета города). Некоторые вышивали на них слова À bonne fin (Во благо), которые Марсель принял в качестве девиза своего восстания[508].