— Лекцию прочтете и возвращайтесь.

— Я завтра же уеду в Тбилиси. Там Текле одна.

— А вы говорили, что Звиад тоже в Тбилиси?

— Звиад? Звиад есть и нету его! Из-за него я и приехал к тебе, — сказал, понурившись, Нико.

Пауза.

— Что с ним случилось? — удивленно воскликнул Реваз и далеко отшвырнул сигарету.

Нико поднял голову, посмотрел Ревазу в глаза и вздохнул.

— Пьет, — сказал он и снова опустил голову.

— Пьет? Звиад пьет? Невероятно! Не могу себе такого представить!

— Если выйдет из дому, то вернется обязательно вдребезги пьяный.

— А Русудан сказала, что он работает?

— Русудан сказала, работает? Да, работает! По два часа, и то через день. Физкультурничает… «Построиться!», «Равняйсь!», «Смирно!», «По порядку номеров рассчитайсь!», «Шагом марш!» Вот и все его дела. Да разве это работа? Русудан сказала, что он работает? Хорошо же она знает дела брата! — укоризненно сказал Нико и, взяв кувшин, зашагал по тропинке.

— Давайте на минутку заглянем в контору, а потом я тоже пойду с вами на Сатевелу, — сказал Реваз и сошел с тропинки.

«Переменил тему разговора. Не понравилось, что я Русудан упрекнул».

— Зайдем, — согласился Нико и пошел за Ревазом.

Со стороны Сатевельского ущелья потянуло ветерком, и туман на Санисле начал рассеиваться.

— Должно быть, дождь будет. Это для посадок хорошо, — сказал Реваз, закуривая.

«Он еще хуже Звиада. На пустой желудок даже тот столько не курит».

Они вышли на совхозную дорогу. Она была широкая, покрытая хорошо утрамбованным гравием и обсаженная с обеих сторон молодыми тутовыми деревьями…

— Это прошлогодние посадки. На будущий год они уже затенят дорогу. Местный сорт, очень быстро растет, — сказал Реваз.