Младший же сын тем временем выжидающе переводил взгляд с отца на меня и обратно и водил пальцем по стойке, оставляя на ее стеклянной поверхности влажный след.

Боливар развернулся ко мне:

– Мне кажется, это было году в 1914-м или в 1915-м. Как там звали эту девицу?

Лизардо пожал плечами.

– Ну, к примеру, назовем ее Марией, – продолжал отец. – Она два месяца приходила делать уборку в мастерской. – Тут он повернулся к сыну помоложе: – Ты ее помнишь, Карлос?

Тот кивнул:

– У нее был дивный голос.

– О да! – усмехнулся старый мастер. – Она постоянно пела, когда подметала или мыла шваброй пол. А этот вот – указал он на Карлоса, – был просто заворожен ее голосом. Он считал, что в Гуаякиле нет никого очаровательнее, чем она.

– Отец…

– Но не могу не согласиться: было в ней нечто особенное. Несмотря на всю ее бедность, она всегда была очень опрятна. Одежда неизменно чистая, юбки накрахмалены. В ней чувствовалось то, что называется благородством кровей, и к тому ж она была весьма смышленой девушкой. Уж не знаю, где и как ей довелось научиться читать и писать, но в скором времени она стала помогать вот этому вот простачку, – указал он подбородком на младшего сына, – вести приходы и расходы. Тебе не следовало так ей доверять!

– Да всем нам не следовало, отец, – вступился за брата Лизардо.

Боливар покачал головой.

– Однажды она не пришла на работу, – продолжал он. – Мы все решили, что она просто заболела, и не придали этому особого значения, хотя она всегда была очень работящей и пунктуальной. Но потом, в тот же вечер, мы заметили, что нескольких часов у нас недостает. И эти вот были одними из пропавших.

Лизардо бережно погладил пальцем футляр.

– Мы, разумеется, вызвали полицию. Точнее, я вызвал. Этот вот был просто в шоке и готов был клясться на могиле матери, что эта девушка не способна нас обокрасть. – Он поглядел на Карлоса и тяжело вздохнул. – Влюбленные мужчины, знаете, порой такие идиоты!

Я сделала вид, будто не замечаю, как запунцовели щеки у младшего его сына.

– И тем не менее она нас обнесла, – продолжал старый часовщик. – Спустя пару дней полицейские ее нашли. Она оказалась членом воровской шайки и занималась тем, что продавала краденое. Как выяснилось, она работала на своего отчима.

«На отчима?!» – у меня аж участился пульс.

– И что с ней было дальше? – спросила я вслух.

– Отправилась за решетку на какой-то срок. А потом мы уже потеряли ее след.