Прямо в сердце. В сердце той, к кому она так ревновала.

Сергей приблизился. Еще до того как он коснулся ее, Лиза ощутила тепло его тела. Потом он обнял ее сзади и поцеловал.

Кадр из какого-то фильма.

Еще один.

Вся эта жизнь – как фильм, который ей показывают, дразня несбыточной картинкой.

– Спросонья заволновался, потерял тебя, – прошептал он.

Лиза игриво вывернулась из его объятий и поцеловала его в губы.

Сергей попытался схватить за ее спиной только что снятую со сковородки горячую оладью. Лиза легонько ударила его по руке.

– Иди почисти зубы и приходи на завтрак.

Сергей так и сделал.

Иногда им обоим это нравилось: она говорила с ним как с провинившимся мальчишкой, а он послушно выполнял приказание или уговаривал ее разрешить ему что-нибудь.

Эти родительские схемы… Никогда не поймешь, кого мужчина любит в тебе на самом деле: себя, наконец-то принятого «мамой» или все-таки тебя.

Слишком много проекций.

«В задницу это все», – подумала Лиза.

Она будет наслаждаться каждой оставшейся ей минутой, каждой секундой. Не будет пытаться получить контроль над ситуацией, где никакого контроля нет и быть не может. Не будет упрощать и обесценивать, анализировать и лишать жизни.

Ну уж нет.

Она будет пить эти остатки жизни с жадностью заблудившегося в пустыне путника.

Да, так оно и будет.

Тогда-то она и ощутила пробежавший по спине холодок.

Это он.