43

Алеф была в ярости.

– Какого хрена ты делал в Переплетной?

Они снова были в служебном туалете. Бенни сидел на унитазе, а Алеф стояла возле него на коленях и пыталась залепить рану у него на руке лентами тканевого клея, которые Максон нашел в аптечке первой помощи, но рана была сложной. Лезвие рассекло перепонку между большим и указательным пальцами, и ленты не прилипали. Она отбросила волосы с глаз.

– Это, конечно, Славой тебя туда отправил. – Это был не вопрос. Алеф говорила о Би-мене, словно его рядом не было, хотя он, поднявшись с инвалидного кресла, стоял в дверном проеме, выглядывая из-за плеча Максона.

– Я хотел написать рассказ, – сказал Бенни. – У нас кончилась бумага.

– Он должен был сам пойти.

Бенни поморщился, когда Алеф, зажав рану, еще раз попыталась ее заклеить.

– Он не мог. Он сказал, что Переплетная слишком сильна.

– Это еще почему? – спросил Максон. Его ладони лежали на плечах Алеф, нежно массируя их, чтобы помочь ей расслабиться. Бенни очень не понравилось, как он к ней прикасался.

– Потому что он поэт.

Алеф фыркнула.

– Он просто разыгрывал тебя, Бенни. Хотел напугать, чтобы у тебя ноги отнялись от страха. Да, Славой? – повысив голос, бросила она через плечо.

Старик опустился обратно в свое инвалидное кресло.

– Я меньше всех на свете склонен отнимать у людей ноги.

– Ладно, ладно, – сказала Алеф. – Я неправильно выразилась, но все равно это было очень глупо.

Она и Максон вернулись в Библиотеку с полным рюкзаком еды, добытой ими в мусорных контейнерах, и увидели кровь на полу в зале обработки книг. След из красных капель привел их в служебный туалет, где они обнаружили Би-мена, который поил Бенни водкой, чтобы притупить боль, а сам пытался перевязать ему руку. Алеф вышибла его из туалета, вылила водку в раковину и заняла его место. Наконец, удовлетворившись тем, как легли ленты, она взяла бинт и начала перевязывать руку Бенни.

– Я не могу пошевелить большим пальцем, – пожаловался Бенни.

– Это не удивительно. Удивительно, что у тебя еще есть большой палец. Ты резанул прямо по сухожилию. Чем это ты так?

– Старина Квинтилио Ваджелли, – ответил за Бенни Славой. – Большая картонорезательная машина с адамантиновым лезвием.