– Райли отделался синяками. На нем управление автомобиля под действием наркотиков, езда без водительского удостоверения, возможно, обвинение в краже ночной выручки и угоне автомобиля.

Она опустила руку в чашу с лазуритом.

– Брат был в тюрьме. Сейчас он на севере страны в центре реабилитации для мужчин. Он не в первый раз попадает в такой центр, но ты, возможно, об этом догадывалась.

Джули громко стучала камнями. На ее глаза навернулись слезы.

– Знаешь, я очень много думала. Наверное, в этом есть отчасти и моя вина – я всегда помогала ему, когда он опускался на дно. Райли никогда не сможет вернуться сюда на работу. Не сможет. На законных основаниях – уму непостижимо. Чтобы не сесть в тюрьму, он должен проработать в центре по программе целый год и не употреблять наркотики. И предполагается, что я выдвину обвинения о краже моих денег? – Слезы текли по ее лицу. – Этот проклятый мир становится иногда просто безобразным, и тогда ты по-настоящему задумываешься о том, какова твоя роль в этом безобразии. Я сделала его таким?

Внутри у меня был тяжелый груз. Мне требовалось избавиться от него.

– Джули, – произнесла я. – Я знала, то есть я думаю, что знала, но не хотела выяснять, что Райли брал деньги из кассы. И… я помогала ему. Я… покупала эту дрянь для него. И я прошу прощения. Я пойму, если вы захотите меня уволить.

Джули покачала головой, вытирая глаза.

– Ты покупала эту дрянь для него?

Я кивнула, мое лицо горело от стыда.

– Я хотела, чтобы он меня любил. – Я произнесла это вслух, но очень тихо.

Джули взяла меня за руку.

– Любовь – это настоящий бардак, Чарли, но это не она. Покупка наркотиков для другого человека – это не любовь. Ты не заслуживаешь этого, милая. Ты просто не заслуживаешь.

Я постаралась впустить ее слова внутрь себя и оставить там, а не отталкивать их. Это было трудно, но я сделала это.

Я продолжала, мои слова быстро лились через край:

– Линус сказала, что «Грит» в плачевном положении. Мы обсудили это на обратном пути из Нью-Мексико, и я подумала, мы с Линус подумали… В общем, у нас есть кое-какие идеи, как все наладить в «Грит», если вам интересно послушать.

Джули заморгала, шмыгая носом. Она нашла ручку и открыла блокнот.

– Я слушаю, – сказала она. – Выкладывай, потому что я умираю тут.

Мне нравилось жить с Блю. Мне нравилось снова иметь друга, подругу. Эллис все еще в моем сердце и будет всегда, но Блю по-своему хорошая и добрая.

Иногда я приходила домой со своей смены в «Грит», и мы ехали в автобусе на полночный сеанс в кино, покупали желтый соленый попкорн и холодную газировку с большим количеством льда. Я приятно удивлена, что деньги у Блю никогда не заканчиваются. Всякий раз, когда я ее спрашивала, она пожимала плечами. «Мой отец чувствует свою вину, – говорила она. – Он подлизывается с помощью денег».