– Да, – сказала я ей. – Да.

Благотворительный концерт для семьи Луиса Альвареса был заполнен до отказа. Люди рассыпались по Конгресс-стрит на улице перед гостиницей «Конгресс» в центре Тусона. Отдельные сцены установлены для пре-шоу, и дорога для машин перекрыта. Группа, играющая в жанре мариачи, прогуливалась в толпе. Фотографии Луиса висели с внешней стороны дверей в гостиницу на афишах. Он умер вскоре после того, как Райли угнал его машину. Тайгер Дин болтал с телевизионной съемочной группой, у него пышные волосы, и солнечные очки подняты на голову.

Я мельком заметила Майки и Банни, держащихся за руки; у него больше нет дредов; его волосы – коротко остриженная золотистая шапка вокруг головы. Я не виделась с ним с тех пор, как вернулась.

Майки повернулся и увидел меня. У меня екнуло в животе, когда он подошел, улыбаясь, Банни осталась сзади, болтая с кем-то. Я не могла удержаться, чтобы не заметить сверкание простого золотого кольца на его пальце. Блю молча стояла рядом со мной.

– Привет, – смущенно произнес он.

– Привет.

– Чарли, – сказал он. – Я действительно рад, что ты здесь. Я на самом деле рад тебя видеть.

Я показала на его палец.

– Стало быть, у тебя теперь совсем другая жизнь.

Майки кивнул.

– Можно и так сказать. – И засмеялся.

Я глубоко вздохнула:

– Мне жаль, что я так себя вела, Майки. Майкл. Прости меня. Я должна была ответить на твои сообщения.

Он вздохнул:

– Я подумал, что, скорее всего, ты их удалила. Я в любом случае собирался зайти к тебе в «Грит». Наше турне продлили на пару месяцев, и мы закончили с этой записью. Похоже, все получится.

Майки сделал глубокий вдох.

– Я меня есть кое-что для тебя, Чарли. Я собирался принести тебе это в «Грит», если бы не встретил здесь.

Он полез в карман джинсов и достал сложенный лист бумаги.

– Это, на самом деле, очень трудно для меня, Чарли, поэтому позволь мне просто сказать.

Он закрыл глаза и когда открыл их, твердо смотрел прямо на меня, но улыбался.