Никита растеряно молчал, не зная, что сказать. Отец продолжал.

— А потом наступили тяжёлые времена, ты знаешь, — они для всех были тяжёлыми. Одно за другим закрылись наши предприятия, моя высокая должность оказалась совершенно лишней. Я вынужден был вспомнить свою первую профессию, несколько лет работал машинистом электропоезда, зарплату часто задерживали на несколько месяцев и платили очень мало, я еле-еле сводил концы с концами. Ехать в Петербург было не на что. Помогать тебе я не имел возможности, хотя по-прежнему часто звонил Наташе. От неё я узнал, что ты поступил в медицинский институт, что учишься неплохо, хотя приходится и работать ночами. Когда у нас на Дальнем Востоке стала постепенно возобновлялась жизнь, реанимировали наше производство, и мне неожиданно предложили должность даже выше той, которую я занимал в прежние годы. Я быстро поднялся на ноги. Когда, наконец, решился позвонить Наташе и объясниться с ней по поводу долгого молчания, она поняла всё правильно, потому что у неё в семье были те же проблемы, и сообщила мне, что ты окончил институт, учишься в ординатуре на хирурга, что ты женился и что у меня родился внук. Она ничего не стала от меня скрывать: я узнал, что вы живёте на твою стипендию и еле-еле сводите концы с концами. У меня уже были достаточные средства, и я тут же прилетел в Петербург. Но у тебя — характер матери: ты не захотел разговаривать со мной.

Он замолчал. Растерянно молчал и Никита. Понемногу он осознавал всё, что говорил отец. Тётя Наташа… Столько лет хранить тайну! Он хорошо помнил эти праздничные подарки, помнил, как мама отчитывала свою подругу за бездумные траты! Помнил, как у него однажды вдруг появилась отличная зимняя куртка, и как летом муж тёти Наташи дядя Валера ни с того, ни с сего подарил ему новенький, потрясающий велосипед, о котором он даже мечтать не мог… Лерка, узнав об этом, устроила родителям настоящую истерику, потому что у неё самой велосипед был намного скромнее.

Пауза затянулась. Отец понимал, что сыну надо обдумать его слова, продолжил просто.

— Никита, я понимаю, что навсегда останусь для тебя только биологическим отцом. Но стать другом вашей семьи я, может быть, ещё успею. И для внука своего я бы очень хотел стать настоящим дедушкой, не только биологическим…

Никита, глядя куда-то в бок, ответил не сразу.

— Димка сейчас с любопытством на Вас смотрит. Ему объяснили, что дедушка все эти годы жил очень далеко, показали на карте, где находится Хабаровск, а где живём мы… Он нам с восторгом рассказывал, как вы играли с ним в железную дорогу, которую он в последнее время совсем забросил. Вы очень интересно ему рассказывали, как устроены вагоны, как они цепляются друг за друга.