— За сараем! Скорее, Билл!

Первой к Билли прибежала Люсия, следом я, потом Билл, в одних трусах. Мой малыш лежит на земле, навзничь. Я слишком перепугана и в истерике, чтобы понять случившееся. Трактор работает, упершись задом в забор в пятнадцати ярдах от того места, где лежит Билли. Дроссельная заслонка распахнута, мотор оглушительно воет, шины дымятся, зарываясь в землю. Каким-то образом трактор без водителя, обычно стоящий в сарае, переехал Билли; на его груди заметны следы колес, голова с одной стороны в крови. Но Билли в сознании. Билл подхватывает его на руки, чтобы отнести в дом.

— Папà, мне очень больно. — Билли плачет.

Билл говорит:

— He плачь, Билли.

И Билли умолкает, больше не плачет.

Билл несет Билли в дом, кладет на нашу кровать. Люсия звонит в больницу. От меня толку чуть, я в истерике, кричу и плачу, не могу остановиться. В конце концов Билл просит Люсию вывести меня из комнаты.

— Дай ей выпить, — говорит он. — Может, это ее успокоит.

Через десять минут приезжает врач. Я никогда раньше его не видела, но знаю: его зовут доктор Эдвардс. Правая рука у Билли сломана, и с помощью Билла доктор накладывает на нее лубки. Билли говорит, что не хочет, чтобы его несли на руках, это очень больно, и доктор вызывает скорую. Больница недалеко, и машина прибывает уже через несколько минут. С помощью двух рюмок спиртного и сделанного доктором укола морфина я пришла в чувство, и мы с Биллом садимся в скорую, рядом с носилками Билли.

— Расскажи, сынок, что случилось, — спрашивает Биллу Билли, когда скорая везет нас в больницу «Конделл мемориал». — Как трактор переехал тебя?

— Мы с Кейти играли на тракторе, папа. Пожалуйста, не ругай меня.

— Нет-нет, сынок.

— Мы играли на тракторе, папа, и Кейти забралась внутрь и нажала на кнопку. Он быстро поехал задним ходом, я побежал, хотел увернуться, папа, но он все время ехал следом. Будто гнался за мной, папа.

В больнице Билли положили в кислородную палатку. Билли говорит, что хочет попить, и просит у сиделки глоточек имбирного пива. Она приносит, а он говорит:

— Большое спасибо. — Вот что он говорит сиделке: — Большое вам спасибо.

Мой вежливый малыш. И повторяет, снова и снова, словно бы с удивлением:

— Ой, как же больно.

Временами он ненадолго засыпает и вновь резко просыпается, будто от сновидения, кричит:

— Беги, Кейти, беги за помощью! — Потом зовет Кейти и Джеффри, просит поиграть с ним. Последнее, что делает Билли, самое последнее, что делает мой малыш в своей жизни на этой земле, — погоняет пони, велит ему идти быстрее. Потом дыхание останавливается, и линия пульса на мониторе становится ровной.