Светлый фон

Первая женщина, с которой я начал встречаться по той стороне морского прибоя шумной воды, она оказалась секретаршей из почтового отделения США. Её звали Кэт Алисон. Она старше меня, у неё не слишком хороший характер тем не менее у неё хорошая фигура. С удовольствием вспоминаю то, что произошло за заброшенным зданием магазина. Юбка Кэт задралась, обнажив горячие полные бедра.

Первая женщина, с которой я начал встречаться по той стороне морского прибоя шумной воды, она оказалась секретаршей из почтового отделения США. Её звали Кэт Алисон. Она старше меня, у неё не слишком хороший характер тем не менее у неё хорошая фигура. С удовольствием вспоминаю то, что произошло за заброшенным зданием магазина. Юбка Кэт задралась, обнажив горячие полные бедра.

Впрочем, в скором времени я понял, что выдаю желаемое за не существующее. Какой бы моя жизнь, не была я проводил время с Кэт, но я всё ещё был уверен что она меня обманет.

Впрочем, в скором времени я понял, что выдаю желаемое за не существующее. Какой бы моя жизнь, не была я проводил время с Кэт, но я всё ещё был уверен что она меня обманет.

Глава 100

Глава 100

... Походы с моими новыми друзьями на пляж или в театр и бесконечное количество приятных вечеров, проведённых в барах старого городка Нью — Джексон там мы пили пиво среди широкоплечих темно - кожих африканцев. За долгое время я впервые почувствовал себя кому-то нужным и счастливым — не так, как чувствовал себя с Еванжелиной, именно с ней я был всё — же одинок. Я прожигал жизненные годы впустую, и в то время я ощущал пустоту в сердце. Возможно, пройдет много времени и я смогу нормально засыпать, я уже не буду вскакивать посреди ночи, так я и рассуждал.

... Походы с моими новыми друзьями на пляж или в театр и бесконечное количество приятных вечеров, проведённых в барах старого городка Нью — Джексон там мы пили пиво среди широкоплечих темно - кожих африканцев. За долгое время я впервые почувствовал себя кому-то нужным и счастливым — не так, как чувствовал себя с Еванжелиной, именно с ней я был всё — же одинок. Я прожигал жизненные годы впустую, и в то время я ощущал пустоту в сердце. Возможно, пройдет много времени и я смогу нормально засыпать, я уже не буду вскакивать посреди ночи, так я и рассуждал.

Стояла ранняя осень — третье апреля 1892 года, если быть точным, — когда я услышал более чем знакомый голос проститутки. О молодом европейском аристократе по фамилии Вогивель, который часто заходил в местный бордель. Проститутка рассказала мне о нём как о новом сожителе. В том, что он молодой и очень хорош собой.