– Элис уже выпила чаю? – спросила Первин, глянув на себя в зеркало в прихожей и пригладив разметанные ветром волосы.

– Нет, он отказался… – Мустафа умолк, потому что Первин шагнула в гостиную и выяснила, что приехала к ней вовсе не Элис, а сам сэр Дэвид.

– Добрый день, – произнес он, вставая и протягивая ей руку. На нем был серый отглаженный камвольный костюм c отворотами, из-за которых широкие плечи казались еще шире. – Вы оставили нам свою визитную карточку, вот я и явился с визитом. Какая у вас уютная контора.

Карточку Первин оставила подруге, однако решила его не поправлять. Она сильно сомневалась в том, что это просто визит. Либо Элис случайно проболталась, что Первин представляет интересы Фаридов, либо он узнал об этом в полиции.

Поняв, что сэр Дэвид выжидательно на нее смотрит, Первин запоздало вложила свою руку в его.

– Я очень рада вас видеть, сэр Дэвид. Надеюсь, что не заставила долго ждать.

– Я приехал всего минут десять назад, – сообщил он. – Слуга сказал, что отец ваш в отлучке, но вы рано или поздно появитесь.

– Если не возражаете, я закажу нам чаю, – предложила она и выразительно повела бровями, обращаясь к Мустафе, беззвучно стоявшему на пороге.

– Да, конечно, – согласился сэр Дэвид. – Надеюсь, я вас не задерживаю, у вас не назначено другой встречи?

– Нет, я свободна. И, раз уж вы решили нас посетить, я с удовольствием покажу вам все помещения.

– Для экскурсий сейчас не время. Я приехал, потому что ваше имя мне назвали в центральном полицейском управлении.

– Из полицейского участка на Малабарском холме я уехала всего час назад. Быстро же распространяются новости.

– Насколько я понял, вы представляете интересы семьи, владеющей домом по соседству от моего.

– Совершенно верно, – кивнула Первин. – Я сообщила полицейским те сведения, которыми вдовы Фарида сочли нужным с ними поделиться.

– Женщины, живущие в затворничестве, – наша головная боль. С ними поступают несправедливо, а порой и беззаконно, а власти об этом ничего не знают, поскольку потерпевшие не выходят на улицу и не сообщают, что произошло.

Первин согласилась, понимая, что пока он сказал не всё. Нельзя терять бдительности.

– Некоторые традиции постепенно меняются, другие остаются неизменными. Мы не можем заставить женщин выйти в мир, если они к этому пока не готовы.

– Вы давно работаете со вдовами Фарида? – спросил сэр Дэвид. Как раз в этот момент вернулся Мустафа с серебряным чайным сервизом и чашечками из минтонского фарфора.

Первин оставалось надеяться, что вопрос этот не ловушка.

– Всего со вчерашнего дня, хотя отец мой обслуживает эту семью уже десять лет с лишним. – Первин налила сэру Дэвиду первую чашку. – Вчера я ездила к ним на встречу, выслушать их пожелания касательно наследства. А через несколько часов погиб их управляющий.