Согласно принципу раздела Каспия, на национальные секторы по методу срединной линии на долю Азербайджана приходится – немногим более 19 %, Ирану отходит 14 %, России – до 19 %, Казахстану – более 29 % и Туркмении – немногим более 19 %. По оценкам добывающих компаний на 2002 год, странам доставались приблизительно следующие доли ресурсов: Азербайджану – 4 млрд. тонн условного топлива, Ирану – 0,9 млрд. тонн, Туркмении – 1,5 млрд. тонн, России – 2 млрд. тонн, Казахстану– 4,5 млрд. тонн.

Первым серьезным экономическим документом по Каспию был согласованный проект сохранения и использования биоресурсов, в соответствии с которым водоем был признан уникальным природным образованием межгосударственного пользования (30 января – 2 февраля 1995 года в Ашхабаде). В 2003 г. была подписана, а в августе 2006 г. вступила в силу Тегеранская конвенция – единственный документ пятистороннего формата, определяющий параметры экологической безопасности. Рамочная Конвенция по защите морской среды Каспийского моря, обязывающая Азербайджан, Иран, Казахстан, Россию и Туркмению бороться с загрязнением Каспия и разумно использовать его ресурсы, была принята не без давления Программы ООН по окружающей среде ЮНЕП. Согласно этому документу, прикаспийские государства должны объединить свои усилия, чтобы восстановить природную среду Каспия и гарантировать его экологическую безопасность.

С конца 1990-х Россией была предложена 15-мильная зона, включая экономическую, Казахстаном – 25-мильная, Ираном – 30-мильная, Азербайджаном – 40 мильная, Туркменистаном – тоже около 40 миль. Такие условия сторон в принципе оставались на переговорах долгое время. Предлагая столь широкую национальную экономическую зону, партнеры РФ существенно расширяли область исключительных прав на рыболовство, поскольку, согласно еще советско-иранским договорам, рыболовная зона не превышала 10 миль.

Как мы уже отмечали в 1996 году была создана Специальная рабочая группа (СРГ) на уровне заместителей министров иностранных дел (статус участников мог меняться, например, Россию на переговорах представлял специальный представитель Президента РФ). В ходе своей деятельности СРГ провела более 50 встреч, было организовано также 11 встреч министров иностранных дел[985]. Однако важнейшим инструментом на долгом переговорном пути по решению проблем использования Каспия прибрежными государствами явились саммиты прикаспийской пятерки, в ходе которых удалось прийти к взаимоприемлемому решению.

В 2001 г. президент Туркменистана С. Ниязов на фоне очередного витка напряженности из-за принадлежности спорных месторождений на Каспийском шельфе выступил с идеей о проведении первой встречи лидеров прикаспийских государств[986]. В ходе встречи на высшем уровне предполагалось оценить ситуацию в целом, обменяться мнениями по нерешенным вопросам, наметить пути движения вперед. Тем самым, первый саммит прикаспийских государств должен был по замыслу организаторов, закрепить достигнутое и зафиксировать спорные позиции, причем в качестве главной задачи ставилось скорейшее урегулирования международно-правового статуса Каспия.