Еще хуже – загадывать желание, когда ты счастлив. Это прямая дорога к сглазу.

«Почему же я до сих пор иногда это делаю?» – спросите вы. Я человек, мне семнадцать лет, и я очень часто поддаюсь стадному инстинкту.

В этом году я обещаю себе приблизиться к профессии переводчика, наладить отношения с родными, не потерять ставших всего за четыре месяца мне близкими людей и… посетить могилу Лили.

Было бы идеально, если бы меня перестали мучить галлюцинации, но пока это меня пугает не так сильно, как разговор с родителями о том, что им пришлось скрывать от меня целых семь лет. Да и как в такие рамки вписывается слово «разговор», когда ты на самом деле потеряла голос?

В эти длинные каникулы у меня получается сделать все то, что так долго хотелось, но до чего не доходили руки. Пока родители не вышли на работу, мы пересмотрели великое множество рождественских фильмов, произвели генеральную уборку всего дома и почистили гаджеты от «мусора». Это действительно помогло привести мысли в порядок. Оставив на телефоне четыреста фотографий вместо шести тысяч, я почувствовала себя так, словно сбросила несколько килограммов. Как бы не так, любимое праздничное блюдо в нашей семье – ассорти из мороженого. А вы можете себе представить, что за комбо представляют из себя фильмы и мороженое!

Девятого января мы возвращаемся к учебе, но до этого дня полностью расслабиться мне не дают две вещи: ожидание результатов пробных экзаменов, а также медленно пожирающий меня изнутри плесневый монстр, беспрестанно угрожающий: «Если ты не расскажешь кому-нибудь о Лили, мне придется поразить грибком все твое нутро, не только связки и сердце!» Мой сон, если можно так сказать, пришел в норму, и теперь всего после шести часов в сутки я могу изображать из себя вполне здорового подростка. Я уже знаю, кому первому открою свой страшный секрет, просто не знаю, когда и как. Перед сном я пишу на простых тетрадных листах свою исповедь, то на русском, то на английском, а потом уже по традиции отправляю никчемную писанину в шредер, позаимствованный из родительского кабинета.

Начинается мой монолог всегда примерно одинаково: «Артур, недавно я открыла о себе страшную правду» или «Артур, мне нужно поделиться с тобой чем-то важным». Но какая разница, как я это все начинаю, если не могу подобраться к концовке даже на пушечный выстрел.

Благодаря этим каникулам я познала все прелести современных приложений. По вечерам мы с девочками «разговариваем» по видеосвязи, я отвечаю на все вопросы в удобном чате и даже знакомлюсь с Анджелиным младшим братом.