Внутри меня все клокочет и трепещет, и даже будто бы мешочков с порохом становится меньше. На самом деле, все, что произошло со мной за последние месяцы, изменило меня в лучшую сторону – я хочу находиться в коллективе и общаться с людьми, я хочу, чтобы меня замечали, я становлюсь человеком, а не деревянной скульптурой самой себя.

Из машины мы выходим вместе с Сашей. Я уверена, что всем своим видом сумела выразить вопрос: «А тебе-то что тут надо?»

– Хочу обсудить с твоей классной твое плохое поведение.

Закатываю глаза и озвучиваю на самой максимальной громкости: «Это школа, а не притон!» Несколько пятиклашек начинают гоготать – скорее всего, от неожиданно послышавшегося странного голоса.

– Я тебе как-нибудь объясню значение слова «притон».

«Тоже мне учитель!» – думаю я и осознаю, что на самом деле в нашей школе не особо-то стараются держать имидж элитной академии. Хотя это ведь не одно и то же, что католическая школа.Взять, например, Марту и Давида. Им совсем недавно исполнилось по восемнадцать, а ведут себя… О нет, зачем я начала все это вспоминать! В голове сразу всплывает картина маслом «Поцелуй двух "принцесс"».

Как бы я ни была рада видеть подруг, я, несколько краснея, признаюсь самой себе, что рада видеть Артура еще больше. Пусть мы и переписывались каждый день, это все равно не может заменить того, что мне становится лучше лишь от его нахождения рядом.

О нет. Я становлюсь полной эгоисткой!

– Вивиан Ковальчик! – окликает меня ставший уже любимым голос на первом этаже крыла старшеклассников. И если раньше я бы застеснялась, смутилась и пожелала бы скрыться в одном из чуланов, то сейчас, обернувшись, я бегу в его раскинутые руки, ни секунды ни раздумывая.

– Уже девятое число, а это только наша первая встреча в этом году. Стыдоба! – слышу я, не отпуская его из объятий. Кая очень хотела, чтобы я пришла к ним в гости, но в этом году Артуру пришлось следить за отцом каждый день, чтобы у него больше не было срывов.

В начале первого урока в кабинете появляется Анастасия Дмитриевна в несколько приподнятом настроении. И я догадываюсь – дело не в том, что она рада нас видеть.

– Я бы даже хотела иметь возможность разозлиться на вас, но не могу! По математике и русскому языку у всех высокие результаты. И что мне с вами делать? Работайте в том же темпе, все будет замечательно, – пропевает классный руководитель и выпархивает из кабинета, ее плиссированная юбка горчичного цвета красиво развевается.

– Ну капец! – вскрикивает Димитрий, чуть ли не плача. Он набрал по математике девяносто шесть баллов, а не сто.