Поднимаю глаза на уже выслушавших все родителей, папа до сих пор держит вилку с намотанными спагетти у рта. Они почти синхронно кивают, и я отвечаю Анджеле тем же.

– Спасибо! Спасибо большое! Макс, блин, подними шапку! Сейчас подъедет такси, и через минут пятнадцать мы будем. Спасибо.

Голос подруги дрожит, и, уже не смотря в камеру, она выключает телефон. Папа кладет полную вилку на тарелку и встает.

– Пойду разложу диван в гостиной.

– She has family issues? (У нее проблемы в семье?)

«It’s probably her mum. I’ll ask her about everything» («Наверное, это ее мама. Я спрошу ее обо всем»).

– Who is Max? (Кто такой Макс?)

«Her little brother. He is ten» («Ее младший брат. Ему десять»).

– Oh, poor things. I’ll go bring some pillows and blankets. Your dad is always like that sloth from Zootopia! We’ll finish supper when your friend comes. (Ох, бедняжки. Пойду принесу подушки и одеяла. Папа, как всегда, ленивец из Зверополиса! Закончим ужин, когда придет твоя подруга.)

У меня нет времени на то, чтобы всецело погрузиться в осознание гордости за своих родителей, поэтому до приезда Анджелы и Макса я нервно вышагиваю перед входной дверью. Даже звук дверного звонка кажется мне напряженным, будто ему передалось волнение через трясущийся палец подруги. На ней короткий пуховик, спортивные штаны и ботинки, на брате похожий комплект. Видно, что они собирались впопыхах, у каждого по рюкзаку и еще одна небольшая спортивная сумка.

– Привет, – тихо говорит Анджела: мне кажется, что ее круглое личико даже осунулось. Но мы виделись всего три часа назад! Спешу утешить подругу короткими объятиями.

– Здравствуйте, – говорит она, отстраняясь. – Спасибо, что разрешили нам приехать.

Мама и папа обеспокоенно оглядывают детей. Анджела без макияжа кажется совсем ребенком.

– Здравствуйте, – тихонько повторяет за сестрой Максим, и меня удивляет то, что они are like two peas in a pod[71]. И это я думала, что Кая похожа на Артура.

– Вы ужинали? – спрашивает отец, подавая тапочки.

– Я даже не обедал…

– Максим! – журит брата Анджела.

Максим налетает на пасту, как настоящий вихрь, чего нельзя сказать об Анджеле или о нас с родителями. И кусок в горло не лезет. Мы молчим неприлично долго, ведь никто не знает, с чего начать разговор.

– Спасибо вам еще раз. Бабушка сказала, что завтра после школы мы можем вернуться домой.

– А кто отвезет меня в школу?