— Во имя королевы! Я, рыцарь её величества, Гийом Мантильяк, клянусь своей честью, что этот день будет являться вам в кошмарах, грязные вероломные язычники! — Провозгласил предводитель каменных истуканов, патетическим жестом вздымая к небесам свой меч, глубокие трещины на котором начали изнутри сиять ярким белым огнем. Затем светиться начали разломы, покрывающие его тело. А после начали иллюминацию все остальные казалось бы случайные дефекты на всех остальных големах. Совсем всех, включая тех, которые были разбиты на отдельные мелкие части и вроде бы уничтожены совсем и с гарантией. — Сегодня вы поймете, что бывает победа, которая горше поражения! Таков мой путь и таковая моя воля!

Индусы обрушили на врага, явно готовящегося совершить какую-то пакость воистину эпических масштабов весь свой гнев, и на небольшом клочке земли вокруг конструкта, то ли когда-то бывшего человеком, то ли удостоенного рыцарского звания несмотря на свое искусственное происхождение будто бы разверзся сам Хаос. Буйство всевозможных энергий полностью перекрыло обзор и напрочь ослепило магическое зрение. Оказавшиеся слишком близко к эпицентру катаклизма макара и конструкты, включая парочку «лейтенантов» оказались разорваны на части, испарившиеся прежде, чем успели долететь до земли. Но все это было бесполезно. Конструкты ярко вспыхнули изнутри и осыпались бесполезным строительным мусором, выпуская из себя волну обманчиво безобидного белого сияния, пошедшую во все стороны сразу. Монстры, заполнившие внутренний двор тюрьмы, попадали на землю, трясясь в агонии и судорожно пытаясь вдохнуть воздух, внезапно ставший недоступным существам, которые были скорее рыбами, чем животными. Со стонами боли попадали люди, кто на колени, а кто прямо в обморок. Лидеры восстания сделали это первыми и прямо там, где стояли. Содрогнулся камень под ногами, когда дракон на середине движения рухнул грудой безвольного мяса, запутавшись в собственных лапах. Развеялся фантом Аруна Калидса и любые иные внешние проявления используемой магии. С грохотом рухнули на стену здания, которые лишь совсем немного не успели дотащить до места назначения защитники Бомбея, сделав в верхней части внешних укреплений Алого Лотоса здоровенную рваную дыру, от которой во все стороны раскатывались глыбы выкрашенного красной краской камня и прочий строительный мусор. Лишь парой секунд позже размазался об получившийся пролом исполинский ковер-самолет вместе со всеми его пассажирами, которых силой удара перемололо в разбрызганную кровавую кашу, как, в общем-то и положено жертвам авиакатастроф.