Я задумалась, но в голову так ничего и не приходило. У него не было никаких родственников, кроме меня. У него не могло быть других причин оставаться. И тем не менее, как и Дэвид, я тоже почему-то не была уверена, что он захочет уехать.
– Что ты имеешь в виду? – спросила я, но Дэвид не ответил.
Во время нашей следующей встречи, прежде чем рассказчик начал свое выступление, Дэвид спросил, не нужна ли мне помощь, чтобы поговорить с мужем.
– Нет, – сказала я. – Я справлюсь сама.
– Твой муж умеет быть осторожным, – сказал Дэвид, и я не стала спрашивать, откуда он это знает. – Так что я не сомневаюсь, что он поступит благоразумно.
Казалось, он хотел сказать что-то еще, но промолчал.
После представления рассказчика мы пошли гулять. Я думала, наши разговоры будут сложными и мне предстоит запомнить много разной информации, но все оказалось не так. В основном их смысл, по-видимому, состоял в том, чтобы Дэвид мог убедиться, что я сохраняю спокойствие, ничего не делаю и доверяю ему, хотя он никогда не спрашивал об этом напрямую.
– Знаешь, Чарли, – внезапно сказал он, – гомосексуальность в Новой Британии полностью легальна.
– А, – отозвалась я. Я не знала, что еще сказать.
– Да, – сказал он. И снова как будто хотел добавить что-то еще, но промолчал.
Вечером того дня я думала о том, как много Дэвид уже знает обо мне. В некоторой степени это тревожило и даже пугало. С другой стороны – успокаивало и обнадеживало. Он знал меня так, как когда-то знал меня дедушка, и это знание, конечно, исходило от самого дедушки. Дэвид не был с ним знаком, но его начальник был, и поэтому мне иногда казалось, что дедушка жив и все еще со мной.
И все же я не хотела, чтобы Дэвид знал о некоторых вещах. Я уже поняла: он догадывается, что мой муж не любит меня и никогда не полюбит – во всяком случае, не так, как муж должен любить жену, и не так, как я надеялась. Мне было стыдно, потому что, хотя любить кого-то не стыдно – стыдно, когда совсем не любят тебя.
Я знала, что должна спросить мужа, не хочет ли он поехать со мной. Но дни шли, а я не спрашивала.
– Ты поговорила с ним? – спросил Дэвид во время нашей следующей встречи, и я покачала головой. – Чарли, – сказал он не сердитым, но и не мягким тоном, – мне нужно знать, собирается ли он поехать с нами. Это важно. Ты хочешь, чтобы я тебе помог?
– Нет, спасибо, – сказала я. Пусть муж и не любил меня, но он оставался моим мужем, и поговорить с ним было
– Тогда обещай мне, что спросишь его сегодня вечером. У нас осталось всего четыре недели.