– Мы оба знаем, что Клыки не страшней змеи в траве, если человек умеет обращаться с мечом. Пыль и кости – вот что они такое.

– Уже нет, – ответил Гаммон.

– В каком смысле?

– Они стали сильнее. Быстрее. Опаснее, чем раньше. Теперь, когда их привозят с Фубских островов…

– Фубские острова? Что там такое?

– Ничего.

Подо, гневно глядя на Гаммона, ждал ответа.

Гаммон вздохнул и посмотрел вокруг, чтобы убедиться, что кимерцы его не слушают. Затем он придвинулся ближе, открыл было рот – и покачал головой:

– Нет. Не могу. Слишком много ушей.

Подо закатил глаза:

– Как, ты не доверяешь собственным соратникам?

– Нет. Помнишь Мигга Ландерса?

Подо зарычал.

– Он тоже был моим соратником, но доверять ему не стоило, – продолжал Гаммон. – У меня есть план, но я не собираюсь никого в него посвящать, пока не придёт время. Вы пока живите тут. Кимера вам рада. Наслаждайтесь отдыхом, – он встал и тут же добавил: – И вот ещё что. Я знаю, Подо, ты любишь своего внука, и на Анниере он был важной особой. Но если его увезла Чёрная Карета, лучше не питать лишних надежд. Даже если он ещё жив, прежнего Кальмара больше нет. Мне очень жаль.

Джаннер не понимал, о чём речь, но в глазах Гаммона была неподдельная скорбь. Подо некоторое время смотрел на него, потом сдержанно кивнул, и Гаммон ушёл.

Все сидели за столом молча. Рёв пламени в огромном камине, смех и разговоры за соседними столами, стук ложек – всё противоречило тому, что сказал Гаммон. Тинк пропал. А Джаннер по глупости позволял себе надеяться, что братишку можно спасти.

Он низко опустил голову.

– Я кой-чего знаю про Фубские острова, – сказала Марали.

– Что именно, милая? – спросил Оскар.

– Что ты знаешь? – спросила Лили таким же тоном, как Ния.