– Да, – сказала она. – Не здесь.

– Я… Дело в том… – Джо боролся с какими-то эмоциями, но Ясмин не могла понять, что именно его тревожит. – Терапия оказалась… гораздо тяжелее, чем я думал, и… заставила меня многое осознать… Видишь ли, я поговорил с Гарри… про… некоторые моменты, которые я осознал. Было тяжело. Ей тяжело было это слышать. Прости, зря я сейчас тебя этим загрузил.

– Все в порядке. Ты можешь мне рассказать. Это как-то связано с твоим отцом?

– Вроде того. Я тебе расскажу, но это долгая история, так что… Оказывается, я и не догадывался, как много у меня багажа.

– Мне очень жаль.

– Ты тут ни при чем.

Не отправься он на психотерапию, этот багаж по-прежнему был бы надежно упрятан в забытом уголке подсознания. Считается, что лучше все обсуждать, но так ли это? В семействе Ясмин все было наоборот. Они держали друг друга в потемках. Семья Горами начала распадаться, только когда пролился свет.

– Джо, – сказала она, – за тем нашим несостоявшимся ужином я хотела поговорить с тобой о нас.

– Звучит серьезно. Ты собиралась со мной порвать? – Он с улыбкой убрал с ее лица прядь волос, но Ясмин почувствовала, что его рука дрожит. Возможно, его глаза наполнились слезами только от ветра, но смотреть в них было невыносимо.

– Нет, конечно, – ответила она.

Шандор

Шандор

Шандор сидел за столом, перечитывая написанную им лекцию «К вопросу о медицинской мудрости. Руководящие принципы практики, обучения и исследований». Перевернув страницу, он увидел на полях элегантный почерк Мелиссы. «Истинно так, – написала она, – а когда закончишь исцелять мир, не хотел бы ты сводить на ужин свою жену? P. S. Я люблю тебя».

Надо будет забронировать столик в ее любимом итальянском ресторане, где подают буррату, которая так ей нравится.

Шандор продолжил читать: Почему мы так часто возвращаемся к таким фигурам, как Фрейд, Юнг, Роджерс, Минухин и Сатир? Потому что в глубине души знаем, что следует принимать во внимание отнюдь не только эмпирические исследования, терапевтические методы и анализ затрат и выгод. Мы обращаемся к ним за их проницательными наблюдениями за человеческой природой. За тем, что важно на самом деле. Разве можно направить клиента на путь к благополучию и насыщенной, осмысленной жизни, не понимая значения этих слов? В лекции он недостаточно написал про связь. Возможно, надо найти подходящее место, чтобы ввернуть свою любимую цитату из Альберта Эйнштейна. Он приписал внизу страницы: Человек – это часть целого, которое мы называем Вселенной, часть, ограниченная во времени и в пространстве. Он ощущает себя, свои мысли и чувства как нечто отдельное от всего остального мира, что является своего рода оптическим обманом. А. Э., письмо, 1950.{3}