* * *

Стеклов быстро вник в суть своих дел и обязанностей. Со свойственным ему энтузиазмом окунулся в работу и однажды даже поймал себя на мысли, что некий интерес в ней тоже присутствует. А работы хватало с лихвой. Из-за долгой вакансии на должности дела были изрядно запущены, иногда приходилось задерживаться на рабочем месте.

Заново разрабатывалась рабочая документация факультета, проверялась имеемая. Кроме того, нужно было вникнуть в организацию учебного процесса, дисциплину в курсантских ротах, ближе познакомиться с офицерами. Должность заместителя начальника факультета по учебной работе, в понимании Стеклова, была сродни должности старшего помощника командира на корабле, поэтому скучать не приходилось.

Жаркий, душный июль осадил город. Улицы и дома раскалялись к середине дня. Над дорогами, загруженными автомобилями, висело чадное марево. Кабинет Стеклова был на солнечной стороне. Кондиционер в кабинете отсутствовал. От открытого окна толку не было. Наоборот даже, приходилось занавешивать шторы, спасаясь от солнца.

Чтобы не одуреть от жары, Сергей иногда выходил из кабинета и выборочно посещал занятие какой-либо роты, лично наблюдая за процессом обучения. Позже, обобщив увиденное, он вывел ряд своих требований к командирам рот, старшинам рот и классов.

С курсантами он держался свободно, но строго и, в общем, был для них досягаем, тем более что курсанты, особенно старших курсов, тянулись к нему, интересуясь им как подводником самым что ни на есть настоящим. Он чувствовал это.

К тому времени уже вернулась с практики рота 2-го курса. Стеклов познакомился и с ее командиром, старшим лейтенантом Красновым.

Был он среднего роста, немного нескладный. На лице его, независимо от темы разговора, постоянно присутствовала какая-то блуждающая улыбка. Глаза тоже неспокойные, бегающие. От этого у Сергея сложилось впечатление, что Краснов постоянно что-то скрывает или не договаривает. «Скользкая личность», – даже подумал он однажды, хотя за правило имел никогда не давать преждевременных оценок людям.

В целом же отношения с офицерами складывались нормально. Его прошлое подводника придавало ему весомость в общении не только с курсантами, но и с ними, и с преподавателями на факультете. Начальник факультета тоже ему благоволил, видя, что с заместителем он не прогадал. Так, мало по малу, и на новом месте жизнь Стеклова вошла в колею.

Вскоре у курсантов началась летняя сессия, по окончании которой начальник факультета обещал отправить Стеклова в отпуск на две-три недели в счет немалого количества суток отпуска, скопившихся за время его службы на Севере.