5

Три дня кряду стояла замечательная погода, как будто осень на прощание решила еще раз порадовать горожан солнцем.

Рабочая неделя была окончена. Катерина в пятницу вечером уехала в Пушкин, к родителям. Воскресенье они с Сергеем решили провести вместе, там же.

Промаявшись в ожидании всю нестерпимо долгую субботу, Сергей утром воскресенья тщательно побрился, оделся, несколько раз критически осмотрел свое отражение в зеркале и, оставшись вполне довольным, в отличном настроении вышел на улицу.

Дворник неспешно сметал с тротуара опавшую листву, на детской площадке резвилась немногочисленная детвора. Людей на улице было мало: видимо, трудовой народ отсыпался перед предстоящей рабочей неделей.

Сергей завел вымытый накануне, призывно сияющий в лучах утреннего солнца автомобиль Виктора, обошел его, осматривая. Он с удовольствием вдохнул запах прогоревшего бензина, резко ощутимый в свежести утра, сел, наконец, в автомобиль и тронулся в путь.

Встретиться с Катериной они договорились у входа в парк. Сергей встречал ее с букетом из листьев, больших, огненных. Улыбаясь, он протянул их ей:

– Извини, но цветов здесь поблизости почему-то не продают.

Катерина улыбнулась, приняв букет, поцеловала Стеклова в щеку, взяла его под руку, и они вошли в парк.

Внутри было людно. То тут, то там по аллеям и тропинкам ходили группы туристов. Они напоминали маленькие стада овец, суетливо перемещающиеся за своим пастухом-экскурсоводом, держащим в руках какой-нибудь ориентир – табличку или зонт, поднятый над головами.

На одной из аллей к Сергею подошли туристы, мужчина и женщина, по-видимому, китайцы. Они наперебой пытались что-то объяснить на своем родном языке, оживленно жестикулируя.

– Отстали, – догадалась Катерина, и они со Стекловым попытались им помочь, используя свои не очень большие познания в английском. Но те совершенно ничего не понимали. Вскоре туристы несолоно хлебавши отошли от них.

– Надо будет китайский для расширения кругозора подучить, – сказал Стеклов, глядя им вслед.

Аллея шла под небольшой уклон и упиралась в живописный пруд. Сергей предложил покататься на лодке. От услуг лодочника отказались. Сергей помог сесть Катерине и взялся за весла.

Плавно выведя лодку на середину пруда, Стеклов перестал грести. Лодка продолжала тихо скользить. Катерина ладонью вела по воде. Деревья, охваченные осенним пламенем, чинно наблюдали за ними с берегов.

Оглядевшись по сторонам, Сергей сказал:

– Бог ты мой, какой красивый день! Какая красивая ты!

Катерина улыбнулась, поднесла к лицу подаренный им импровизированный букет и глубоко вдохнула.