– Как ты в училище прошел?

– Ну это вообще не проблема. Ты не переживай: все официально, по пропуску.

Сергей замер. Не сообразив выйти из своего случайного укрытия сразу, он теперь корил себя за то, что оказался в этом дурацком положении, вынужденный подслушивать, как шкодливый мальчишка.

– Так что скажешь? – спросил голос.

– Я уже все сказал!

Болдырев явно нервничал, а его собеседник, напротив, говорил медленно, надменно, словно Алексей зависел от него.

– Меня не устраивает то, что ты сказал, Леша. Ты сейчас свалишь, а дела опять мне разгребать. Так не пойдет. Когда вы возвращаетесь?

– В ноябре.

– Вот видишь. Сезон закончится, начнутся заморозки, а за тобой еще прошлый долг.

– Я ведь сказал тебе, Лях, отдам все, что с крайнего выхода принесли: три ППШ, две медали «За отвагу» и четыре ордена Славы.

– Да не нужны мне ППШ твои! Не хотят люди с оружием связываться! И медали можешь другим толкать. Документы нужны! Подлинные документы! Карты, секретные приказы, оперативная переписка… Мне, между прочим, нашептали, что вы на ДОТ вышли. И даже сейф в нем нетронутый обнаружили. Что же ты про это ничего не рассказываешь? Нехорошо, Леша, нехорошо… Мы ведь партнеры, – незнакомец коротко хохотнул. – Что в сейфе-то было?

– Ничего интересного. Наградные листы, медали и партбилеты истлевшие уже.

– А планшет командирский? – снова усмехнулся незнакомец.

– Пустой…

– Ай-яй-яй, Леша, Леша! – недоверчиво процедил собеседник. – Ладно. Некогда мне с тобой в допросы играть. – Веселье в его голосе вдруг исчезло, интонации стали жесткими. – Сроки я обозначил. Имей в виду: следующий разговор не будет таким дружелюбным. Ты меня перед серьезными людьми подставляешь. И, будь так любезен, отвечай на звонки.

Вдруг телефон Стеклова напомнил о себе звуком принятого сообщения. Сергей вынул телефон из кармана: Берсенев, которому он пытался дозвониться еще день тому назад, появился в сети. На звук сразу же заглянул Болдырев и, увидев Стеклова, замер, уставившись на него. Следом за ним появился и незнакомец – седовласый, худощавый мужчина с блеклыми голубоватыми глазами, одетый в хороший костюм и по-старомодному длинное серое пальто.

– Здравствуйте, – медленно произнес он, внимательно глядя на Стеклова, и тот кивнул в ответ.

– Рота к смотру готова? – спросил Стеклов Болдырева как ни в чем не бывало.

– Готова… – ответил тот растерянно.

Стеклов оставил собеседников наедине. Когда Болдырев вышел в первое отделение комнаты, Лях окликнул его, оставшись на месте, задумчиво постукивая по хлипкой стене костяшками кулака, словно искал тайник: